Лео немного подергал ногами и убедившись, что надежно связан, опустил голову обратно вниз. В несокльких сотнях метров перед ним раскинулось горное ущелье с быстрой, неудержимой рекой, с двух сторон окаймленное острыми пиками белоснежных вершин. Завораживающая вековая красота отнимала дар речи от своего нереальноого вида. Сам же он висел у самого отвесного края, выступающего примерно на метр от скалы, а связыващая его веревка уходила куда-то наверх и прочно была там зафиксирована.
- Главное не паниковать! - успокаивал себя Лео, глядя то вниз, то по сторонам и скрестив руки на груди. - Так, что мы имеем: я неизвестно в каком мире, непонятно как сюда попал... хотя нет, пожалуй, понятно. Дом - шутник. Или кот. Наверное, все же дом. Зачем? Что он хочет мне этим сказать? Или показать... последнее, о чем я думал - это была моя голенькая гимнасточка. Но не может же она быть в этом мире с полудохлыми птицами? Не может. Или может? И кто меня мог привязать в таком изощренном месте, не поленился, заморочился, чтобы что? Напугать? Пытать? Убить? Последний вариант - вряд ли. Ладно, вид конечно, шикарный, но пора бы и домой... как-то не очень, висеть вверх ногами.
Он подтянулся, схватился за веревку руками и в этот момент связывающие путы пришли в движение. Не успел Лео опомниться, как его уже ничего не держало и он начал парить в воздухе. Ноги по-прежнему были связаны, а на другом конце извивающейся веревки болталась ржавая альпинистская крюк-кошка, которая скорее всего и была зацеплена за что-то наверху. Но своим дерганьем Лео ускорил свое преждевременное освобождение. Он схватил крюк в тот момент, когда железяка хотела обогнать его и пролететь мимо. Хорошее такое, добротное горное снаряжение, но очень старое, успело поржаветь от времени и непогоды. Очень интересно. Все эти мысли в его голове пронеслись за доли секунды.
Несмотря на патовую ситуацию, Лео был спокоен как та скала, которая неумолимо приближалась, грозясь размозжить его череп о свою бесстрастную твердыню. В любую секунду падение может закончится, лишь только в его голове возникнет картинка дома-проводника. Бояться нечего, надо расслабиться и насладиться свободным полётом. Лео усердно пытался сосредоточиться на мельчайших деталях спальни из которой перенёсся в этот странный мир. Вот покрывало из натуральных волокон хлопка, на котором он задремал, а вот белый резной комод на пол стены, с фотографией мамы на нём. Над этим фото, будучи ещё ребёнком, Лео проводил по несколько часов, задаваясь одним и тем же вопросом: за что? Белый потолок с лепниной, по центру хрустальная люстра...
- Ну давай же, давай! Ну же! Эти острые камни все ближе, а я еще здесь! Что за подстава? - он невольно начал нервничать. Что-то не так. Мозг заработал с бешеной скоростью, просчитывая варианты экстренного спасения.
Странные птицы из фильмов ужасов вспорхнули со своих насиженных мест и стали, плавно кружась под куполом небосвода, спускаться, наворачивая круги над тем местом, где должен был состояться их скорый обед. Их просвечивающиеся крылья с дырами вместо плоти, зловеще хлопали, головы наклонялись в нетерпении и щелкали острыми крупными клювами.
Одна из них, пролетая мимо Лео, натолкнула его на современно безумную идею. Времени на раздумья не было. Его рука метнула гарпун в птицу и тот на удивление успешно зацепился за костлявый хребет с противным хрустом. Это недоразложившееся чудовище, громко противно закричало и взмыло ввысь, унося за собой громко вопящего то ли от восторга, то ли от ужаса, и болтающиегося вверх ногами, боксёра.
- Мечты сбываются, - прокаркало у него над головой хрипло. - Ты же любишь адреналин, Лео.
И тут он раскрыл полные ужаса глаза, уставившись в тот самый потолок с лепниной в маминой спальне.
- Ну и что это было? - задал он риторический вопрос в пустоту, не надеясь на от- Главное не паниковать! - успокаивал себя Лео, глядя то вниз, то по сторонам и скрестив руки на груди. - Так, что мы имеем: я неизвестно в каком мире, непонятно как сюда попал... хотя нет, пожалуй, понятно. Дом - шутник. Или кот. Наверное, все же дом. Зачем? Что он хочет мне этим сказать? Или показать... последнее, о чем я думал - это была моя голенькая гимнасточка. Но не может же она быть в этом мире с полудохлыми птицами? Не может. Или может? И кто меня мог привязать в таком изощренном месте, не поленился, заморочился, чтобы что? Напугать? Пытать? Убить? Последний вариант - вряд ли. Ладно, вид конечно, шикарный, но пора бы и домой... как-то не очень, висеть вверх ногами.