— А давай, купим? — неожиданно воодушевился мужчина.
— Что купим? — не поняла девушка.
— Лотерейный билет. Всего один, но пополам. — улыбнулся друг.
— Да ну, я не верю в подобную чушь, — покачала головой девушка, выкладывая овощи в форму.
— Да что ты теряешь? Он стоит копейки, да еще и заплатишь только половину. Давай, хорош мяться, выбирай билетик и скидывай мне на карту половину стоимости, — он протянул ей телефон и девушка, не глядя ткнула пальцем в первый попавшийся билетик.
Поставив форму в духовку, она посмотрела на экран и прочла:
— Лотерея «Рыцарь Британской империи», мм, а когда розыгрыш?— спросила она и отправила другу на счет деньги за билет.
— Через неделю, так что, купи кошелек побольше, денег будет много, заживем, как короли, — усмехнулся тот, — правда, ты такая невезучая, надеюсь, это не сильно повлияет, — добавил мужчина.
— Что есть, то есть, — ответила девушка, — я пойду оденусь, присмотри за духовкой.
— Окей, я как раз дожарю мясо, — кивнул тот, — не прихорашивайся только, а то знаю я вас, барышень.
— Ну уж точно не для тебя, — кинув в него кухонное полотенце, брюнетка покинула кухню и пошла в комнату.
Молодые люди поели, немного выпили, поболтали о жизни и убрав за собой, молодой человек пожелал девушке спокойной ночи, и ушел к себе.
Эмма же, проводив гостя, достала из сумки цветы, которые взяла с работы и разложив их в формочки, поставила сушиться.
— Завтра сделаю из вас колечки, — сказала она в пустоту, которая была ее единственной подругой в эту ночь.
В комнате было жарко и Эмма долго не могла уснуть. Поворочавшись в кровати, она открыла окно, но ночь была теплой и безветренной, да и выпитый алкоголь давал о себе знать. Девушка сняла пижаму и убрав одеяло, легла в постель. Стало легче, и вскоре она провалилась в сумбурный, непохожий ни на один ранее виденный ею, сон. Она спасала короля, пыталась остановить дворцовый переворот, чуть не умерла от яда, и в конце концов, была посвящена правителем в рыцари. На этой звездной ноте она услышала звук будильника и разлепила глаза, абсолютно не отдохнувшая и уставшая после странного сна. Потянувшись к телефону, чтобы отключить будильник, она поняла, что не может сдвинуться с места — в кровати, навалившись на неё всем телом, спал крепким сном абсолютно незнакомый ей, обнаженный мужчина.
На пару мгновений она замерла, пытаясь понять, не спит ли она все еще? Ведь она абсолютно точно вчера плотно закрыла за Джоном дверь, а в окно этот качок точно не пролез бы. В этот момент шатен открыл глаза и уставился на Эмму.
— Твою мать! Ааааа! Убивают! — брюнетка, наконец, проснулась. Ее накрыла волна дикого, первобытного ужаса и вскочив с кровати, она побежала к двери, распахнула её, и изо всех сил стала стучать в дверь соседа, не особо задумываясь, почему таинственный гость не преследует её как в американских хоррорах.
— Да что случилось? Зомби атаковали? — спросил сонный Джонатан, открывая дверь и зевая так сильно, что удивительно было, как он еще не вывихнул челюсть.
— Миллер, где твой пистолет? Там мужчина! Пожалуйста, помоги! — выдала перепуганная Эмма, мечась по квартире друга.
— Стоп, ты вчера кого-то пригласила, после того, как я ушел? — удивленно спросил брюнет, — мы вроде не так много и выпили.
— Да нет же! Я легла спать, а утром он! Голый! В моей кровати! Нашла! — она облегченно вздохнула, достав кобуру из-под груды вещей на диване.
— Стоп, стоп, стоп, барышня, нечего из моего табельного оружия стрелять в своих незадачливых любовников, меня же уволят, — хмыкнул он, забирая из рук Эммы пистолет. — Накинь что-нибудь из моих вещей, пойдем разбираться с твоим кавалером, — добавил он.
— Он не мой любовник, я понятия не имею, откуда он взялся. Может, это человек-муравей? Как он вообще ко мне вошел, я же закрывала за тобой дверь на три замка, — растерянно спросила девушка, надевая широкую футболку Джона поверх белья.
— Вот, а пригласила бы меня в свою спальню, я бы точно больше никого не подпустил к тебе, — рассмеялся мужчина и одевшись, вышел за дверь.
К его удивлению, в квартире девушки действительно был мужчина, и он правда был голым. Увидев вошедшего брюнета, тот и бровью не повел. Что-то в его внешности показалось Джону необычным (даже более необычным, чем его костюм Адама), но что именно, он не мог понять.
— Подними руки, чтобы я их видел, — потребовал он, поднимая пистолет, — кто ты такой?