— Нет, — мой ответ её даже удивил.
— То есть как? — она немного рассмеялась, — Ты уже под кайфом что ли?
Я промолчала. А она высыпала немного порошка на столешницу у раковины, картой сделала тонкую полосу и зажав одну ноздрю,вдохнула его через другую.
— Как можно отказаться от этого? Попробуй, тебе понравится. — Элис стояла уже вплотную ко мне, а я чувствовала, как от неё несло перегаром.
Не дождавшись моего ответа,она вышла из туалета, а я постояв ещё немного, сделала тоже самое. Здесь было очень много людей. Не удивительно, что это заведение пользуется такой популярностью у молодёжи, раз тут можно ВСЕ. Я решила осмотреться и пошла по периметру клуба. Все как обычно: сцена с диджеем, танцующие стриптизерши,барная стойка, танцпол и столики с диванами, а также несколько таких же уединённых мест за закрытыми белыми тканями. За углом увидела что-то вроде кабинета босса. И, конечно, я решила туда заглянуть. Мало мне проблем. Осторожно открыв дверь, я увидела Айзека, который что-то искал в столе, но резко прервался, когда понял, что дверь приоткрылась. В надежде, что он меня не заметил, я быстро пошла обратно. Протискиваясь сквозь танцующих людей, оборачивалась несколько раз, дабы убедиться, что он не шёл за мной. И снова иду вперёд,смотря назад. Врезавшись в кого-то, я рефлексивно поворачиваюсь и вижу Айзека.
— От меня бегаешь?
Я хотела уйти, но он не дал мне этого сделать, схватив меня за запястье. Скоро мою кисть такими темпами оторвут.
— Грейс Джонс значит. Я помню тебя под другим... — я не даю ему договорить перебивая его.
— Ты молчишь о моем секрете, я о твоём. Сомневаюсь,что Генри хотел бы, чтобы ты рылся в его столе, — серьёзно, но с ухмылкой сказала и теперь напрягся он, но пытается не выдавать этого, посмотрев на меня снизу вверх.
— Что ты здесь делаешь? Тебе ведь это все не нужно, — и он прав.
— Тоже самое,что и ты, — боковым зрением вижу,как Генри наблюдает за нами.
Мы пошли в наше ложе. Элис снова на своём месте. На столе снова наполнены бокалы.
— Предлагаю выпить за знакомство с замечательной девушкой, — предложила брюнетка. Все поддержали её и потянулись да выпивкой. Айзек почти взял бокал с красным напитком, но Генри не дал ему это сделать:
— Извини, это для Грейс,— мужчина подал мне его в руки, а мы с кудрявым встретились взглядами.
Опустошив фужеры, мы продолжили разговор, а затем Элис начала снова вытаскивать меня на танцпол. Она была бы хорошей и милой подругой,если бы не её увлечение. Встав с дивана, я поняла, что пить мне больше точно не стоит. Хотя я выпила очень мало и эта реакция странная. Мне слишком хорошо. Мы пошли танцевать с брюнеткой. И я забыла обо всем. Было очень жарко, но кожа реагировала на каждый прохладный поток воздуха. Весь свет в зале смешивался, а музыка,казалось,пульсировала у меня под кожей. В горле пересохло и мы вернулись, чтобы перевести дыхание. Сев на диван, перед глазами все резко поплыло и наступил пик тяжести во всем теле,отрешенности от происходящего вокруг, будто я окутана ватой. Но я чувствую глубокое удовлетворение. Это будто сладкое оцепенение, из которого ничто не может вывести,будь то выстрелы из пистолета или машина, переезжающая тебя. Моя голова лежала на коленях Генри и он гладил мои волосы. Не знаю сколько по времени я была в этом эйфорическом состоянии, но когда немного начало отпускать, мне жутко хотелось пить. И снова тянусь к бокалу, делаю пару глотков, но от них мне становится ещё хуже и я облокачиваюсь на спинку дивана. Генри в это время времени не теряет: повернувшись ко мне, он снова положил руку на моё бедро, только уже чуть выше, поглаживая его. Он тянется к моей шее и начинает целовать её. Я пытаюсь оттолкнуть его, но безуспешно. К нам зашёл какой-то мужчина в белой рубашке и что-то сказал Генри на ухо,от чего тот встал и пошёл за ним.
Воспользовавшись моментом, я решила уйти отсюда. Опираясь на диван, я встала. Перед глазами все плыло, будто я вылезла только что из стиральной машины после отжима. Чьи-то руки подхватывают меня и благодаря Айзеку я не падаю.
— Тебе пора уходить, — он закинул мою руку себе на плечи и повёл в сторону выхода. Только ноги мои совсем не слушались меня, а сильная сонливость не давала поднять голову. Становилось все хуже. Глаза окончательно закрываются, и я будто провалилась в сон, но все звуки все равно доносились до меня.