– Катарина вышла со мной на связь. Решил, что тебе будет интересно, – а вот это уже и правда было любопытно. Я замерла в ожидании продолжения, но он все молчал.
– Она хочет, чтобы я тебя отдал. В ближайшее время. Или она примет меры, чтобы вернуть тебя.
Я не захотела спрашивать больше, о состоянии Мэгг во время употребления, хотя это давно меня интересовало. Не сказать, что у меня никогда не было «откатов», но я связывала это с последствиями мероприятий, которые посещала.
Через какое-то время молчаливого лежания, Колтон встал с кровати. Судя по звукам, он снял с себя одежду и сдернул остаток одеяла с меня. Паника вновь поднялась к горлу, а мозг начал дергать все нервные окончания, побуждая к побегу.
Он встряхнул одеяло и вернул его мне, разравнивая его по кровати, и я поспешила натянуть ткань по самый подбородок. Кровать сбоку вновь прогнулась под его весом, и мужская рука скользнула по моему боку, когда он устраивался поудобнее.
– Спи. Доброй ночи, Селин.
Я не знала выгоду, которую он получил бы с этого, но в тот момент я была благодарна, что он не оставил меня одну. Все что он пока делал – он был не обязан. Но тем не менее – он делал это. Наверное, его родители святые. Или он так искупает грехи. Я осмелилась повернуться на бок, спиной к нему.
– Доброй ночи, Колтон, – мне показалось что я сказала это про себя. Но тихий звук его усмешки вызвал во мне улыбку.
8
Когда я проснулась утром – кровать была пуста. Его половина была примята, а одеяло бережно подперто под меня сзади.
– Доброе утро, – Колтон нарезал что-то быстрыми движениями. Он достаточно профессионально держал нож, чем завораживал меня каждый раз. Было ли что-то, чего не умел этот мужчина?
– Доброе утро. Я думала у тебя рабочий день сегодня, – я опустилась на барный стул возле кухонного острова, поджав одну ногу под себя.
Я выбрала для себя лосины и футболку, слегка больше меня на несколько размеров.
– Да, я уеду после обеда. Утренняя встреча отменилась. У Эдда ребенок заболел, ему пришлось помочь с двойняшками, – я кивнула, будто он меня видит, а после хмыкнула. Он объяснял мне детали, которые, казалось были не важны. Но этим жестом показывал доверие и дружелюбие. Психологический прием «дружба».
– Тебе помочь?
– Нет, я уже закончил, – Колтон укладывал фрукты на тарелку, налил сок в стаканы и начал подавать все на стол.
– Спасибо, – он кивнул, когда я взяла последние тарелки с мясом и сыром, а также свежими овощами.
У меня болезненно сжался живот при виде еды. Два жаренных яйца было для каждого, а дальнейшее наполнение – на вкус.
– Спасибо, – я поблагодарила его до того, как мы сели за стол. Взяла два тоста, намазала их творожный сыром, выложила лосось и помидоры.
Колтон за завтраком работал в планшете, поэтому я просто ему не мешала. Он пару раз поинтересовался моими планами, но, по отдаленному кивку было понятно, что больше из вежливости, чем из интереса.
После обеда, он, как и говорил – уехал. А я вновь осталась одна. Я решила пройтись по дому, посидеть в библиотеке за чтением классики, которой у него оказалось много. Погрузившись в чтение «Унесенные ветром», я не уследила за временем.
– Я уже решил, что ты сбежала, – мягкий голос Колтона оторвал меня от чтения.
Я постаралась не выглядеть слишком испуганной, поэтому натянула вежливую улыбку и обернулась к нему. Не признаваться же ему, что когда он так подкрадывается – мое сердце готово остановиться? И это не потому, что на нем был темно-синий костюм, и на рубашке пару пуговиц было расстёгнуто. Но привлекла меня деталь, что он уезжал в сером костюме.
Значит, он переоделся.
– Ты с первого дня думаешь о моем побеге. Может, мне стоит рискнуть? – я склонила голову вбок, наблюдая как он обходит мое кресло и садится на соседнее место.
Его неспешные шаги, хищная поза. Все это скрывается под маской вальяжности, когда он принимает позу с расставленными ногами. Обычно подобное вызывает у меня смешок, но, Колтон не относится к тем, кто пытается прыгнуть выше головы.
Да ударь меня молния, если сейчас его глаза не блестели как бездонный океан.
– Хороший день? – я убрала книгу на столик, оставив закладку на нужной странице.
– «Никто с таким жаром не доказывает свою правдивость, как лжец, свою храбрость – как трус, свою учтивость – как дурно воспитанный человек, свою незапятнанную честь – как подонок», – Росс процитировал одну из цитат в начале книги, и я улыбнулась. Его голос звучал немного приглушенно, с частицей хрипоты. Такой голос обычно называли «возбуждающим». Девушки часто говорили о таких, как Колтон.
Я подмечала в нем то, что обычно нас заставляли говорить про всех. То, что поднимет их самооценку за счет пустого комплимента.