Я перестала снимать пальто, и он встал рядом со мной, засунув руки в карманы брюк. Я же хоть немного согрелась, и когда подошло такси, отдала одежду Россу.
– Благодарю. Доброй ночи, – вежливо кивнув, я села в такси и закрыла дверь.
Колтон открыл переднюю пассажирскую и протянул водителю крупную купюру. Она в два раза превышала плату за проезд.
– Сдачи не надо. Отвезите ее до дома как самое сокровенное. И да, доброй ночи, Селин. Я был рад тебя увидеть, – наши взгляды встретились, и я поджала губы. – ты самое прекрасное, что я видел сегодня и за последнее время.
Закрыв дверь, мое такси тронулось, вклиниваясь в полосу движения. Я развернулась на сиденье под удивленный взгляд водителя и нашла Колтона.
Он медленно пошел к своему Cadillac, который подъехал и стоял в его ожидании.
– Остановите, пожалуйста.
– Сейчас съеду, – водитель, наверное, решил, что я больная.
Пока он искал место для съезда, я на ходу открыла дверь и выскочила, пока машина медленно двигалась.
– Сумасшедшая! – кричал в след водитель.
Но я уже спешила по скользкой дороге от снега в сторону машины, на которой удалялся Росс. Мне нужны были ответы, и я их получу.
Его дверь открылась, и Росс поспешил мне на встречу. Он шел в несколько раз быстрее меня, сорвавшись на бег, когда между нами оставались считанные метры.
Cadillac медленно объехал нас, остановившись сбоку, и приостанавливая движение по полосе.
– Селин?
– Ты оставил меня. Почему? – я ухватилась за его пиджак, когда поскользнулась, и он уверенно обхватил меня за талию.
27
– В машину, Селин, на улице слишком холодно для разговоров.
Он почти втолкнул меня в салон автомобиля, и сам сел следом, приказав ехать на мой адрес.
– Я сделал так, как ты просила. Дал тебе время, оценить приоритеты и желания. Ты говорила, что тебе нужно подумать над нами. – на его лице отобразилась грусть и сожаление, а синие глаза совсем не блестели.
– Я не просила ни о чем таком, ты бредишь. – я отстранилась от его руки, которую он потянул в мою сторону.
– Я клянусь тебе, Селин. Ты была в больнице, я проводил время возле тебя первую неделю. Ты.. не помнишь? Ты просыпалась, и мы с тобой говорили.
– Я проснулась одна! Ко мне позже пришел Райт, а потом Агата! А ты ко мне не приходил! – слезы задушили меня, и я поддалась рыданиям, закрыв глаза ладоням. Он снова врет мне.
– Селин, малыш, – Росс притянул меня к себе, не смотря на то, как я сопротивлялась.
Я оказалась на его коленях, крепко прижатая к его груди. Его руки были такими холодными, или это я так замерзла?
– Ты бросил меня. И я не могу тебя винить. Я просто хочу знать, почему ты не пришел ко мне хоть раз? – я уронила голову на его плечо, бессильно всхлипывая.
– Останови машину и выйди, – Росс раздал указание своему водителю и тот найдя ближайшее место послушно припарковался.
– Ты не помнишь нашего разговора? Ты расплакалась, говоря, что я душу тебя. Что ты не ожидала от меня такого. Это кроме той выдуманной помолвки с Диной, в которой ты меня обвинила. Ты призналась, что лазила в моем компьютере и обнаружила видео с камер, где ты есть. И что ты обнаружила досье на тебя же в моем компьютере. Ты говорила, что не готова мне доверять и не хочешь меня видеть, потому что я втянул тебя в это все. А после я нашел билеты в Амстердам. И паззл сложился. Ты планировала уехать к Тине со Стивеном, потому что я все испортил. Я дал тебе время, о котором ты просила тогда, чтобы ты смогла разобраться в своих чувствах. – Колтон отодвинул меня от себя, и обхватил лицо ладонями, чтобы смотреть мне в глаза.
– Я не помню этого. – я закрыла глаза.
– Посмотри на меня, прошу. Ты же не придумала это. И я это не придумал. Селин, посмотри на меня. – я открыла глаза и проморгалась, смахивая слезы. Подушечками больших пальцев он вытер слезы.
– Я правда хотела улететь в Амстердам, потому что обнаружила, что ты следил за мной. – я положила руки себе на колени, перебирая край платья, которое задралось.
– Я не читал твое досье. По протоколу о каждом новом госте моя служба безопасности должна прислать мне полное досье. Но я не читал его. Я не знал о тебе ничего кроме того, что ты сама мне рассказывала.
– И видео я вырезал. Я удалил из полных видео фрагменты с тобой, оставив остальное для полного доступа у охраны. Все видео хранятся год. Я не хотел, чтобы кто-то мог условно открыть папку и увидеть тебя, или услышать наши разговоры. Но я не смог удалить. Должен был, однако, не смог. И здесь я не прав.
– Это правда? – я все еще смотрела в его глаза, где сейчас буйствовал шторм.