Скотство!
Как же хочется сейчас плюнуть на все и вернуться к ней, закончить то, на чем нас прервал звонок от Алекса.
С силой впечатываю кулак в металлическую стену, вложив в него всю злость на сложившуюся ситуацию. Возбуждение чуть отступает, уступая место холодному разуму.
И вот как пить дать не случайность это, ох не случайность. Только на прошлой неделе подстава с наркотой, теперь вот поджог, а то, что это именно он, я не сомневаюсь. Электрика идеальна, проверяли недавно, так с чего же быть самовозгоранию из-за неисправности.
Уже на выходе из подъезда набираю Михаила Ивановича.
- Ты где? - буквально тут же раздается в динамике напряженный голос.
- В городской, - без объяснений все поймёт.
- Жди, сейчас подъеду, - говорит и отключается.
Дохожу до пропускного пункта, а за воротами жилого комплекса уже паркуется чёрный Гелентваген, статусное средство передвижения моего начальника службы безопасности. Быстро он добрался. Сажусь в машину со словами:
- Иваныч, что за херня в клубе творится? - без преамбул, сразу в лоб.
Он отвечает за безопасность, должен быть в курсе работы своих подопечных, не уследивших за проникновением очередного провокатора.
- Это я и еду выяснять, - выруливает на проезжую часть и вдавливает педаль газа на полную. Время, мать его, не ждёт.
- Это опять с подачи Воронцова, - не спрашиваю, а констатирую факт.
- С большой вероятностью, что так и есть, - соглашается со мной он.
- Сука, что ему неймется?
Злость накатывает с новой силой, остужая жар недавней страсти и прочищая мозг.
Возле клуба толпится народ, неудивительно, субботняя ночь, время отдыхать и веселиться. Мерцание проблесковых маячков спецмашин всевозможных служб создаёт антураж глобальной катастрофы. У входа шныряют журналисты в надежде поживиться эксклюзивной информацией, а ещё лучше попасть вовнутрь и узнать все из уст очевидцев. Эти гиены пера и камер не упустят своего. Удивляюсь, как это ещё вокруг не оцепили территорию яркой, полосатой лентой, отмечая место преступление мирового масштаба. И вот не жалко же денег на такое маски-шоу.
Уверенной походкой пру к входу, рассекая людскую массу зевак, как ледокол в Северных морях.
- Павел Аркадьевич, - звонкий голос одной и журналистов, врезается в мой мозг, - дайте комментарий происходящему, - нахально-требовательно, в надежде на эффект неожиданности, заявляет она.
- Без комментариев, - с нажимом и таким строгим посылом, что самый бесстрашный камикадзе сто раз подумает, прежде чем сорваться, чеканит безопастник.
Совету вняли, но жажда скандальных подробностей в них неугасаемая, как Олимпийский огонь во время соревнований.
Усиленная охрана расступается, пропуская нас двоих, и тут же смыкается неприступной стеной. В помещении клуба полумрак, и пахнет гарью, вся сегодняшняя, вечерняя смена в полном составе, гудит обсуждением произошедшего.
- Ну что, народ, решили файер-шоу без меня устроить? - чуть повышаю голос, чтобы привлечь внимание.
Все, как по команде замирают, и тишина пронизывает слух, как будто, кто-то нажал на пульте паузу, фиксируя на нужном сюжете. Но ненадолго… Гул голосов возобновляется с ещё большим шумовым диапазоном, чем до моего, вроде бы и ожидаемого, прихода. Наперебой выдавая мне события и краткие моменты случившегося.
- Стоп! - А это уже Михаил Иванович своим командным голосом, прокатившемся звуковой волной, призывает всех к порядку, - только один и только тот, кто знает все детали, по максимуму, выдаёт мне сейчас картинку вечера. До, во время и после…
Окидываю присутствующих пристальным взглядом, пытаясь уловить малейшие нестыковки в их поведении. Надеюсь, все же, что это паранойя, подозревать своих самое гнусное чувство. Но, как говорится и в хорошей семье, не без паршивой овцы.
- Все шло, как обычно, - взял на себя смелость Алекс, бармен-бариста-администратор на подхвате и вообще хороший парень, работающий в клубе с его открытия, можно сказать старожил, в общем, как и большинство здесь присутствующих.
- Очередная, ничем не выделяющаяся, суббота для клуба, - поддерживает его повествование, милая официантка, которую он тут же задвигает себе за спину. А в глазах мелькает столько эмоций и все со смыслом “моя, не трогать”. Да без проблем, парень, лишь бы ваши отношения не сказывались отрицательно на работе. А так: “совет, да любовь”!