— Хорошо, она сейчас будет, — отозвалась Ариа, а затем обратилась к Маре. — Род встретит тебя и проводит для разговора.
***
Кариму хотелось наказать Амина. Еще лучше уничтожить. Ну точно не подписывать с ним соглашение Мира. Но гораздо насыщеннее тут же хотелось расправиться с Арией. Как она посмела? Как смогла? Он ощущал себя, так словно его мучали каленным железом. Плавили истерзанный разум, выжигая чем-то ненормальным. Ревность!? Он ревновал. До ломоты, до безумия, до ярости, до смерти!
Сколько, сколько у Арии любовников? Один? Два? Пять? Кто имеет ее еще и теперь? А что, если Род тоже трахает ее? Неприглядные жгущие его сердце вопросы, вкупе с ее европейским воспитанием доводили душу до белого каления. Он никогда не считал себя вспыльчивым человеком. Никогда не было еще случая, чтобы Карим пришел в неуправляемую ярость. У Арии несносный характер капризного ребенка. Но хуже этого, тот факт, ведь она предложила себя ему, в качестве первой жены, попросила, унизилась, и, он отказал ей. Унизил еще больше. Запретил свидания с сыном. Выдает замуж за чужака. Так что же он от нее хочет? Что!?
Он метался по собственному кабинету, не в силах признаться в правде. Он желал, чтобы Ариа согласилась на все его условия. Условия простые, она должна стать безропотной любовницей и войти в его гарем. У него не будет иной жены, кроме Сафири. Такова воля отца. Никогда.
Он никак не ожидал, что она не будет просить за сына, еще и заведет любовника. Шейх! Сила против его силы. А ведь скоро свадьба. Очевидно, Род смотрел на нее, как на задание, а не на собственность. Вероятно, учитывал ее происхождение и закрывал на все глаза.
Договор о мире свяжет его по рукам и ногам, он даже отомстить не сможет проклятому Амину. И ей он тоже по сути ничего не сможет сделать. Что он видел? Поцелуй, объятия или то, что ему хотели показать? Кто будет свидетельствовать за его видение? Ничего, он отыграется. Он отомстит. Карим сузил глаза, когда в его кабинет вошла Мара.
Глава 19
Утром сразу после молитвы было назначено подписание соглашения. Одновременно тройное, люди собрались в торжественном зале резиденции. Ариа вошла в зал в сопровождении Страквира, выискивая глазами Мару. Та так и не вернулась с вчерашней беседы. Поджимающее время, не дало им встретиться и как решил Карим, Ариа не скоро увидит свою шпионку. Да, она будет стабильно получать сообщения, что у Мары все в полном порядке, но не более того. Достаточно информации, теперь она часть гарема Карима.
Амин выглядел, как обычно, бодро и даже весело. Все расселись за столы и вооружившись с ручками, подписали свои соглашения, затем еще дважды.
Глашатай объявил, что соглашение вступило только что в силу.
Внутри же Карима внешне спокойного раздирал зверь. Находиться между Арией и Амином, не в силах избавиться от вчерашней сцены то, как любовники ласкали друг друга. Его жесткий взгляд устремился вперед на Карстена. Аплодисменты и фотографирование столь памятного события в напряжённо казалось торжественным, тем кто не знал о случившемся.
Как только Кадим ступил в его кабинет на ежедневный отчет по финансами и делам, Карим жестом приказал ему замолчать. Они не в Магрибе, а Бултам не столица, и подобная обстановка действовала даже на него расхолаживающее.
— Несмотря на то, что мы сегодня подписали этот гадский договор, — начал он, наблюдая как напрягается министр финансов, испытывая неудобство. — Он ничего не значит. Амин хоть и наследник Мактумов, но он очень молод. Кто даст гарантии, что он будет соблюдать соглашение, если он распускает руки в моем эмирате? Кто скажет, что у него больше прав? Потому что он богат и шейх?
Кадим морщился, и смотрел себе под ноги.
— Я хочу, — голос Карима сковался льдом. — Чтобы вы подготовили необходимые документы о встречи с Двадабром на их землях. Выгоднее иметь дел с топширами, чем с Мактумами. Мне нужна личная встреча, наедине.
— Как скажете, мой господин, — Кадим изображал во истину святое смирение.
И Карим немного выпустив пар и приняв решение, наконец почувствовал себя лучше.
— Итак, что есть по Карстену? — спросил он, усаживаясь в рабочее кресло.
— Есть точные данные от наших спецслужб и у меня, что Антара Карстен собирает верных сторонников и вооруженные отряды, — начал сообщение Кадим наблюдая, как меняется взгляд Карима. — И, кроме этого, есть банковские отчеты об операциях о займах очень крупных сумм денег. Все это под видом проекта будущих оффшорных зон, но это не правда.
— Что ж, — Карим сердито цокнул. — Пригласите его на Рамадан ко двору, но так чтобы он ничего не заподозрил. А после него, посмотрим.
Кадим улыбнулся, понимая, что означает это обещание.
— И хотелось бы узнать, есть ли связь между ним и Арией?
— Ибн, — Кадим замялся, решаясь на откровение. — Вы хотите, чтобы была связь?
Карим поднял бровь, с некоторым замешательством посмотрел на советника, и затем покрутил носом. Связь с Карстеном могла бы создать угрозу для жизни и свободы Арии. Это сделает ее сговорчивей. Но хочет ли Карим получить ее такой ценой? Он и так на нее давит, и так сильно, что это приводит к взрывам неуправляемых ситуаций, как вчера. Когда она оказывалась рядом, Карим плохо контролировал себя, а когда далеко сгорал от ревности и тревоги.
— Почему вы спрашиваете?
— Тут такое дело. — На своей памяти Карим впервые видел, чтобы его министр финансов по-настоящему смутился. — Есть сильные подозрения, что сын вашего покойного брата Адама, не его сын.
На лице Карима отразилось потрясающее прозрение и даже жестокость. Он на секунду замер, прислушиваясь к собственному сердцу, ускорившемуся ритму.
Не сын Адама? А чей же…
— Если она окажется связанной с Карстеном, это может создать неудобную ситуацию с топширами.
— Проведите тест ДНК, — неожиданно распорядился Карим, вспоминая их связь последний раз год назад, в стенах этой резиденции. — Тайно. И еще… Не только его, но мою дочь, тоже. Я хочу точно знать, что они мои дети.
— Если он окажется ваш, — Кадим не смог сдержать любопытства. — Вы признаете его?
Карим и сам не знал ответа на заданный вопрос. Что выгоднее, держать наследника в тайне, пока он не вырастет или воспитывать его сразу, как признанного. В таком случае, это отвадит таких людей, как Карстен от притязаний на власть. Что делать с Арией, если она мать его ребенка? Почему она не сказала?
— Решим позже, — отозвался он, отсылая Кадима.
После сообщений о сыне, вопрос по Карстену его мало интересовал. Замышляет ли тот переворот или нет, его стоило убрать с дороги. Слишком уж опасен.
Дети находились в Магрибе, а они в Бултаме. И Карим поддавшись порыву попросил секретаря, разыскать Арию. Тот сообщил несколько минут спустя, что она в городе. Но где? Ее нашли по телефону, в районе древних лавочек, где испокон века продавали сваренное вручную мыло, травы и мази, а также медную утварь.
Он сам сел за руль, направляясь туда, где пульсировал геосигнал с телефона Арии. И все мысли его были о ней. Она знала от кого носит ребенка, знала, что он не от Адама. И почему-то не было сомнений, что брат тоже это знал, может быть поэтому так и добивался встречи с ним. Хотел выложить карты на стол или пойти во банк. Сложившаяся ситуация переиначивала все. Если Ариа мать его сына, будущего шейха, то ее статус становится в разы выше. Ее положение возвышается. И игнорировать подобное не казалось ему возможным. Ждать не хотелось.
Хотелось узнать правду. И если правда подтвердится, ох, тогда он не ручается за себя.
***
Не могло продолжаться все так как оно было после случившегося. Их план казался довольно простым. Мара должна была не только втереться в доверие к Кариму, но и узнать, как обстоят дела у него с Сафири и при удаче найти на него что-нибудь для оказания давления. Мара выходила на связь через сообщения и те выглядели странными, короткими. Они вызывали у Арии недоверие. Прийти и спросить Карима прямо в лоб, не получалось. Он не принимал ее и не желал видеть. А значит, скорее всего у нее не вышло.