Поэтому я ответила, как можно спокойнее:
– Саша уже достаточно большой мальчик и вполне может поджарить себе яичницу.
Ольга Петровна повернулась и прошипела ехидно:
– Мужа надо хорошо кормить, Верочка. Вкусно кормить. И чтобы дома был порядок и уют. Мужики, они ж заботу любят.
Ну да, подумала я, можно подумать я о нём плохо забочусь. Готовлю я прекрасно (по крайней мере Саша никогда не жаловался, а только нахваливал), рубашки всегда постираны и отглажены, с Соней дома он практически не занимается. Разве что, когда отоспится со смены то может немного поиграть и потискать дочку. По крайней мере так было раньше, когда Соня была ещё совсем маленькой. Все заботы о ней я взяла на себя: бессонные ночи и выматывающие дни, когда дочка с большим трудом засыпала днём и капризничала ночью. Прогулка, кормёжка, стирка – всё это я делала сама. Ведь Саша был постоянно на работе. Он приходил домой уставший и вымотанный – особенно в ночные смены – поэтому я жалела его, давала как следует отоспаться. И как бы мне не было тяжело я старалась отнестись к этому с пониманием. Всё-таки он хирург и ему нужна ясная голова.
Пока мы жили в Калуге очень часто мне помогала мама и приезжала ко мне в выходные. Её помощь была неоценимой, особенно в первый год после рождения Сони. Совсем одна я бы, наверное, сломалась. А так у меня хоть иногда появлялась возможность полноценно пробежаться по магазинам или встретиться с подругами.
Даже не знаю, какой дурак назвал декретный отпуск отпуском?
Раньше я считала, что когда буду сидеть дома с ребёнком то займусь кучей интересных дел, смахну пыль со своих старых хобби, до которых у меня никак не доходили руки во время учёбы. Я так мечтала об этом уходя в декрет. А на деле всё оказалось совсем по-другому. Я абсолютно ничего не успевала: постоянный изматывающий недосып, готовка, куча стирки. Благо, что хоть у хозяев съёмной квартиры была машина-автомат иначе бы я просто кукушкой закуковала. Про полноценно принять ванну я вообще молчу. Всё на бегу, всё в по-быстрому пока Соня не проснулась. А спала моя красотуля днём максимум по сорок минут, а потом включалась сирена. И так каждый день.
Не-е-ет, декрет – это не отпуск, это испытание на прочность женского организма и психики. Эта работа в двойную смену, без выходных и больничных.
Было тяжело, но я не роптала убеждая себя, что все так живут. Что так нормально. Да и Саша раньше не был таким капризным и придирчивым. Если видел, что я валюсь с ног или сплю вымотанная бессонной ночью мог запросто приготовить обед: поджарить картошку или сварить пельменей. Это сейчас, когда мы переехали в Москву, его мамочка избаловала: «Сашенька вот тебе то, вот тебе сё», «А хочешь блинчиков, Сашенька», «Сашунь, может испечь твой любимый пирог?».
И всё говорилось в такой манере, с тонким намёком, что будто я мужа совсем не кормлю. Конечно, когда весь день возюкаешься с маленьким ребенком, то тут не до пирогов с блинами. Хоть бы суп успеть сварить или ещё что-то по-быстрому. К тому же мне ещё надо было диссертацию писать.
Нет, готовить я очень люблю. Особенно когда есть много времени и продукты могу замутить что-нибудь такое… не хуже, чем в ресторане получится. Но когда свекровь крутиться на кухне и постоянно вставляет свои едкие поучительные комментарии о том, что я всё время делаю что-то не так, желание приготовить вкусняшку – резко отпадает.
Пусть давится обычным борщом!
Глава 8
– Как прошёл первый рабочий день? – спросил вдруг муж, когда Соня уснула в своей кроватке.
Я сморгнула удивлённо.
Да неужели?! После двух дней игнора, он наконец решил заговорить?
– Разве тебе интересно? – сухо бросила я, потянувшись за баночкой с кремом. Неспеша намазала руки и повернулась к мужу.
Саша лежал на кровати в одних трусах и смотрел на меня примирительным взглядом.
– Ну конечно мне интересно, – снисходительно вздохнул он и похлопал ладонью по кровати рядом с собой. – Иди сюда.
Наверное, происходящее мне снится: муж решил первым пойти на примирение? Такое бывает не часто.
Я не стала долго строить из себя обиженку, сняла пижамные штаны и нырнула под тёплое одеяло.