– Вы ту все такие? – спросила я, проследив за его действиями и бросив взгляд на свое плечо.
– Какие?
– С ножами. Чуть что размахиваете ими? Все ими решаете? Договариваться не пытались? Словно дикари какие.... Сразу потрошить надо... а ведь даже ... – и тут что-то произошло. Не знаю. Страх или шок или... посттравматический синдром. В голове пронеслись все прошедшие события.
Дыхание сперло. Дышать стало сложно. Озираясь я обняла себя за плечи. Глаза защипало.
– Боже... боже мой.... Куда я попала? Кто я?
Мне хотелось разорваться. Одна часть меня хотела убежать, а вторая забиться в угол или спрятаться. Слезы лились из глаз потоком. Я отступала к стене, а мужчина напротив меня оставался недвижим. И только когда на пути моего отступления возникла стена по которой я просто стекла вниз, обнимая себя, он начал двигаться. Медленно подняв руки отступил назад, к столу.
– Если пожелаешь, госпожа, не будет оружия у тех кто встретится тебе в этом замке. Это я могу тебе пообещать, – он снял с себя свое оружие и положил на стол, – но за пределами замка оружие носит всякий, кто способен и желает защитить себя. В замке же ты в безопасности.
– Правда что ли? Вранье, – пробурчала сама себе под но, но он услышал.
– Я клянусь тебе.
Он говорил так, словно сам верил в свои слова. Столько веры было в них. Фанатизма... возможно. Столько всего, что весь скепсис разлился палитрой на моем лице. А он в ответ лишь нахмурился еще больше.
- Если ты будешь столько хмурится у тебя морщины появятся, – фыркнула я и отвернулась от него, раздираемая противоречиями и не пониманием происходящего вокруг.
Но своего он добился, приближающийся «бадабум» в виде истерики испарился.
Я следила за ним краем глаза. Он постоял еще немного, гладя на меня, затем развернул, стоящее у стола резное кресло с высокой спинкой и сел. Оперся локтем о подлокотник и кистью руки уперся в подбородок. Поза глубочайшей задумчивости. Сидит тихо, на меня не смотрит. Думает, видимо. Еще чуть-чуть и пар из ушей пойдет. Тяжелый труд дается не легко.... Думать... это вам не в бирюльки играть и ножами размахивать....
Как не странно, но бушевавшее внутри меня грозовое облако постепенно растаяло. И я более спокойно начала перебирать воспоминания. Их было немного, потому и закончила я быстро.
– А зеркало тут есть? – прервала я затянувшееся молчание, – хочу посмотреть. И там где... там была еда. Кушать хочется. М?
Он перевел на меня взгляд, сверкнувших зеленью глаз. Посидел немного, затем встал и молча вышел. В комнату тут же скользнул Гектор. Ну как скользнул, очень постарался втечь, но с его габаритами это сделать не так легко. Казалось, что парнишка еще не до конца освоился и совладал со своим телом . В некоторых движениях все еще присутствовала нерасторопность и неуклюжесть.
– Привет, – улыбнулся он клыкастой улыбкой, – меня тут это... мне сказали побыть с тобой..... Что на полу сидишь?
– Хорошо тут. Ниже попы не упадешь, – вздохнула я.
– А что это ты падать вздумала, Солнышко? – улыбаясь он присел передо мной на корточки, загораживая своим громадным телом обзор на комнату, – давай я тебя на кровать отнесу?
– Что? - приподняла я брови, а потом не смогла сдержать смешка. До паренька дошел возможный двоякий смысл предложения. Мне все равно ( видимо для меня в этом вопросе все проще), а он покраснел как помидор.
– Ну это... чтобы ты полежала, отдохнула. А я на солнце поваляюсь, оно тут редко выходит, – кивком головы он указал на солнечные блики в окнах.
– Ну так иди, валяйся. Я сама переберусь. Спасибо, – опершись о стену, начала вставать.
Он поднялся вслед за мной. Молча проследил, как я перебралась на застланную меховым покрывалом кровать. Выудила из под его недр подушку, расположила поперек лежбища, обняла ее, набитую перьями, оттого тяжелую. Паренек помялся на месте, затем отошел к окну и лег прямо на пол в лучи солнечного света.
– Может тебе подушку? Или покрывалко? На полу же лежишь.
– Мне все равно. Главное солнце светит. Надо ловить момент.
– Тут редко солнечно? Климат такой?
– В Мертвых пустошах большую часть хмуро. Часто дожди и грозы.
– Мертвые пустоши.... такое название странное, – зевнула я.
– Солнышко, тебе бы поспать.
– Меня Милена зовут, – шепчу в подушку.
– Я знаю. Но можно я буду называть так как мы договорились?
– Можно, – шепчу. Глаза слипаются, – посплю я пожалуй... тут хорошо...
– Угу. А я буду охранять тебя.
– Ой, спасибо.
Сколько я еще рассматривала блики в витражных белесых окнах. Раскрасить бы их яркими красками... Было бы красиво. И парнишка такой забавный....