И вот я стою у камина в комнате из которой пустилась в путь на зов отчаяния. Я все еще чувствую его. Того мужчину. Смелость, волнение, смирение, печаль и тоска тихим шелестом. И когда он ушел, мои ноги перестали меня держать и я упала, сотрясаясь в рыданиях там же где и стояла.
Сначала Гектор пытался что-то сказать, но его слова не долетали до моего разума. Он пытался успокоить меня. Он гладил сначала мое плечо, потом голову. Потом, в какой-то момент просто замолчал. Замолчал и сел рядом. Потом встал походил по комнате. На меня опустилось что-то теплое, а под голову он подсунул подушку. Загремел потом стаканами.
– Попить я тут поставлю. Если захочешь. Ладно? М?
Я не отвечала. Не хотела, не могла.
– Ладно. Понятно. Ну я тогда тут посижу.
3.4
То ли уснула, то ли зачарована. Пламя, оно гипнотизировало меня, осушало мои щеки, грело взгляд и душу. Теплый меховой бок рядом и холод, что шел от мужчины что стоял надо мной.
– Вам лучше лечь в кровать, Хранительница.
– А с чего ты взял, что можешь говорит мне, что делать? – смотрю на него снизу вверх.
Его темный силуэт теряется в сумраке ночи. Лишь сапоги освещены умирающим в камине пламенем.
Вопрос обескуражил его. Прежде он не встречал подобной наглости от женщины. Ничего. Все бывает в первый раз. Абсолютно все.
Прекрасно. Добро пожаловать.
– Ты убил его, - шелест сухих осенних листьев в моем голосе. Осознание, что тот красивый и сильный мужчина мертв с новой силой давило всей своей тяжестью....
– Это мой долг, – он смотрит на меня сверху вниз. Лицо его словно каменная маска. Пустая, ничего не выражающая, лишь зеленые глаза жутко и неестественно сверкают в полутени.
– Ты ничего не знаешь.
– Меня это не касается.
Бесит.... как же бесит.....
– Ты ошибаешься. Я не хочу тебя видеть. Уходи.
– Почему?
– Ты приносишь с собой холод, Раргар, – произношу я, страстно желая ударить его, не физически, морально.
– Женщина, – он присел передо мной на корточки, кажется, что броня самообладания его треснула. Куда-то, но все же я попала, – ты перебарщиваешь.
– И что? Что ты сделаешь? Будешь пугать меня. И чего ты добьешься? Послушания?Ты же6 тут главный, да? Это тебе нужно? Действительно? Не верю... – хриплю я, глядя в его глаза. делаю паузу и бросаюсь вновь, - ты убил его....
– Я должен. Это мой долг перед ковеном и советом, – цедит он, чуть подавшись вперед.
– Забирать жизни, что не заслужили такой смерти? Тот из-за кого он был приговорен под этой крышей. И он боится. Настолько, что сердце стучит, пропуская ритм. Даже сейчас. Я слышу, я чую его страх, – подаюсь вперед, вставая на четвереньки. Что-то дикое проскальзывает между нами, – а ты... не больше чем убийца. Тебе нравится? Да?
– Да что ты понимаешь! – вскидывается он почти возмущенно.... почти... лишь на каплю... лишь мала трещина в его броне. Еще одна....
– Ничего, – смиренно сажусь на пятую точку и прячусь в покрывале волос, – знаешь, я чувствую его боль и отчаяние до сих пор. Оно окружает меня, укрывает покрывалом, пропитало мою кожу, мои волосы, все вокруг.... Он ушел, а его отчаяние осталось со мной. Я чувствую страх, сковывающий меня. И я не знаю мой он или нет...Хотя... Не весь он мой, – выглядываю из-за покрывала волос, сменив тактику, перестав нападать так ожесточенно. Что-то движет мной, чутье.... словно я кот играющий с мышью, – кто я, Раргар? Скажи мне!
– Хранительница. Она обещала, что ты поможешь, – он вновь холоден.
– Тебе? – смотрю в его зеленые глаза, поражаясь. Они настолько красивы...
– Нет, – слишком быстро, чтобы это было правдой, говорит он.
– Ложь. Я чувствую. Это все так.... так странно... – смотрю в его неестественно зеленые глаза и меня пронзает воспоминание, – я не отсюда. Она сказала, что я из другого мира. И там я умерла..... Я мертва.... И может.. это мой лимб?
Он молчит. Просто смотрит на меня. А я... моим разумом завладевают воспоминания....
– Она сказала, что придет.... объяснит.... Все тут странно для меня... вещи... одежда... зрачки, вытянутые как у ящерицы... Я чувствую .... слишком много того, что не чувствовала раньше. И понимаю то, что не понимала раньше... Я чую.... словно... пес... нет... волк... хищник. Почему ты такой холодный? Твое сердце не бьется.... руки холодные... а он горячий, как печка, – показываю но спящего оборотня, – он оборотень... это странно... неправильно... как кажется....странно.... И ты.... Ты убиваешь...
– Я палач.
Взглянула на него, сидящего на корточках рядом. Блики затухающего огня причудливо играли на его лице. Они делали его то светлым, то темным и мрачным. Этот театр теней был на удивление прекрасен.
– Я не боюсь тебя. И его тоже не боюсь. Это наверное хорошо, – красота теней, играющих с его обликом и окружающей обстановкой странным образом успокаивает меня. Гнев спадает. Не желаю поддерживать это напряжение.
– Определенно, – словно сам себе говорит он
- Много говорю?
– Нет. Не стоит слишком много думать о том, что произошло сегодня.
– Ты так думаешь?
– Да.
– Я подумаю над твоим предложением, – отвернулась от него, возвращая все свое внимание к волосам.
Он молчал еще какое-то время, затем уселся на стоявший рядом с ним стул и пнул ногой, лежащего перед камином Гектора. Тот всхрапнул, рыкнул и проснулся. Обескуражено посмотрел на своего Мастера, затем на меня и в секунду обрел человеческий облик.
– Мастер, – с виной на лице произнес он, – я виноват.
– Поступаешь в распоряжение Кирона. На сутки.
Гектор опустил голову и кивнул. Все его существо разрывал стыд и чувство вины. Я чувствовала эти эмоции как будто бы они были мои, но в тоже время понимала четко и ясно, они моими не являются.
– Отправляйся, - коротко и без эмоций бросил Раргар.
Парнишка-оборотень аккуратно встал на ноги, лишая меня своего жара, своего тепла.
– Я пошел, – затем он посмотрел на меня и грустно улыбнулся, – пока, Солнышко.
– Гектор! – одернул его Раргар.
Ну что за противный мужик. Ну честное слово!
Тем временем парнишка расправив плечи двинулся к двери, которая отрылась с легким скрипом.
– Вам бы петли смазать. Скрипят, – произнесла я, не скрывая досады и раздражения, что обуревали меня.
Ведь я лишилась большой грелки и мне становилось холодно. Пришлось вставать и идти к кровати. Там я взяла пушистую шкуру и завернулась в нее. Затем, подумав, решила остаться на кровати. Зачем идти туда, где уже не так уж и хорошо. Мне будет и тут тепло. Залезла с ногами на кровать и стала ждать, что будет дальше. В конце концов это он тут хозяин, я не в праве его выгонять.