Это несколько обнадеживало.
Сейчас не нужно думать ни о чем плохом. Нужно хорошенько выспаться. И дать выспаться Арману. Он сегодня поднялся ни свет ни заря и работал как целый штат отеля – и за шофера, и за камердинера, и за официанта. Как только на ногах держится?
А ведь он еще не лег. Дворецкий ушел в кухню и помогал повару навести порядок и все подготовить на завтра.
Ирис и сама чувствовала себя измотанной. Не столько хлопотами, сколько переживаниями. Немало ей приходилось преодолевать в жизни, но сейчас все сложности были новыми и навалились все сразу.
Изучение правил хорошего тона. Организация бизнеса. Тайны «Черного дуба» и барона Гвидо. Похищенное пресс-папье и загадочная шкатулка. Гангстеры! Оккультисты! Горничная-шантажистка!
Словно безумный вихрь закрутил Ирис. А она-то надеялась, что нашла спокойное, идиллическое место! Да по сравнению с Альсингеном и кипящими в нем страстями любой злачный притон в Сен-Лютерне покажется детским садом, где наступил тихий час.
Больше всего Ирис досадовала, что все эти хлопоты – и бытовые, и преступные, – отвлекают ее от главного, что недавно вошло в ее жизнь вместе с Арманом Рекстоном. Он был рядом, но все же далеко от нее, и отдалялся с каждым днем. Как тень – всегда с хозяином, но при этом сам по себе и подчиняется не его воле, а другим законам.
Ирис ушла к себе. Вздыхая и печалясь, переоделась ко сну, погасила свет, забралась в кровать.
В доме стояла тишина. Даже дождь стих – она верно предсказала погоду! – и лишь негромко шуршал по траве.
Мирная, славная ночь накрыла «Черный дуб».
Ирис поворочалась, мерно задышала, начала проваливаться в сон.
…Тишину дома разорвал истошный крик.
Вопил женский голос, по которому Ирис опознала Лисси.
Она взвилась на кровати, накинула халат и опрометью бросилась из комнаты.
Какого черта? Что случилось? В дом проник Рик и его банда? Они убивают Лисси? Да скорей бы уже ее пришили, чего они так возятся, а то всех постояльцев перебудят!
Захлопали двери, прозвучали первые встревоженные реплики. Ирис надеялась, что постояльцы пока не всполошились – их комнаты находились в другом крыле, а стены в доме были толстые.
Лисси все не унималась.
– О боже, боже, что это?! Нет, нет, нет!
Крики перемежались сдавленными возгласами омерзения, которые нервные дамочки издают, когда увидят паука или мышь.
Это немного успокоило Ирис. Да что там приключилось с этой дурочкой? Что там она увидела у себя в спальне?
Она озадаченно остановилась на лестничной площадке.
Вопли шли вовсе не из той части дома, где Лисси отвели комнату.
А с первого этажа, из закутка, где располагались комнаты слуг!
Ирис бросилась в направлении источника переполоха.
Ее догнала насмерть перепуганная тетя Грета, шаркая тапками.
– Что случилось? – крикнул Даниэль из темноты.
– Пожар? Наводнение? – истово допрашивал Финеас. – И часто тут у вас такое?
Стороны кухни показался Рекстон в фартуке поверх рубашки. Он шагал размашисто, в руке нес кочергу.
– Арман, почему Лисси орет у тебя в комнате? – спросил Даниэль озадаченно, но без страха.
Он метнулся к двери и прижался к ней спиной, как будто не желая никого впускать внутрь – или чтобы не дать Лисси вырваться наружу. Взгляд кузена воровато прыгал и метался, лицо покрылось нездоровым румянцем.
Ирис кольнуло нехорошее предчувствие. Кажется, ее братец как будто ожидал подобного… он не испуган, но смущен!
– Не знаю, – коротко ответил Рекстон, отодвинул Даниэля и рванул дверь.
Даниэль с тоской оглянулся в конец коридора, как будто желая сбежать, но Ирис встала у него на пути и подтолкнула вперед.
Полуодетая компания ввалилась в тесную комнату да так и застыла.
Ирис еще не бывала в спальне Рекстона. Помещение было небольшое, скудно и строго обставленное. Кровать, одежный шкаф, книжные полки, письменный стол, в углу – зеркало, умывальник, бритвенные принадлежности.
Посреди комнаты стояла Лисси в соблазнительной розовой шелковой сорочке по колено. Девушка прижимала ко рту ладони, крупно дрожала и не отрываясь смотрела на кровать.
«Неужели ей тетя Грета выдала такое ночное одеяние? Однако у пожилой дамы изысканный вкус к белью», – мелькнула у Ирис неуместная мысль.
– Что это такое?! – заголосила тетя Грета, в точности, как Лисси минуту назад. – Кто это?
На кровати, поверх аккуратно заправленного одеяла, лежало тело. Мужское, судя по рубашке, обильно залитой кровью. Шея покойника была обмотана кокетливым голубым шарфиком.