– Могу я попросить расписку? – поинтересовался Арман.
– За дурачка меня держишь? – возмутился Рик. – Никаких расписок, никаких документов. Даю тебе слово рыцаря улиц! Или ты моему слову не веришь, халдей?
– Верю, – кивнул Рекстон. – Ну, расписка нам, собственно, не нужна. Свидетелей достаточно. Итак…
Он выпрямился, глянул куда-то в кусты за спину Рика и громко спросил:
– Госпожа Твиль? Офицер Твиль? Вы все видели?
– И видели, и слышали! – весело заявил надтреснутый старушечий голос и из кустов бодро выбралась госпожа Сельма Твиль, бабушка местного полицейского! За ней, ломая ветки, вывалился и ее внук – очень полный юноша в форме. В одной руке он держал надкусанное яблоко, в другой – полицейскую дубинку.
– Вымогательство, угрозы, нарушение правил проведения азартных игр, мошенничество! – быстро перечислила госпожа Твиль.
– Братцы, подстава! – взвизгнул Карась Клод, а безымянный моряк забористо выругался и принял боевую стойку. В его руке сверкнул нож.
Он наклонил голову, как бык, и ринулся на Армана. Ирис вскрикнула.
Дворецкий отступил в сторону, ловко махнул тростью: набалдашник коснулся шеи моряка, раздался треск, мелькнула синяя искра, и бандит задергался. Уронил нож, вытянул руки по швам и свалился, как подкошенный.
Универсальная трость барона оказалась оружием с секретом!
– Атас, фараоны! Тикаем! – заметался Бугай Барт.
– А ну без глупостей! – гаркнули из кустов справа, и из веток поднялась госпожа Лара Хунтер. В руках у нее было охотничье ружье, и она мигом взяла бандита на прицел. Майор Зейц издал боевой клич и тоже вскинул карабин.
– Руки вверх!
Бугай Барт, однако, решил атаковать самое слабое звено – беспомощную на вид старушку. Он бросился на нее, рассчитывая сбить ее ног и улизнуть через проход в кустах.
Госпожа Твиль отскочила, присела в реверансе – оказалось, подставила подножку. Здоровяк споткнулся и рухнул на землю. Его тут же оседлал офицер Твиль и заломил ему руки за спину.
Барт закряхтел под тяжестью его тела.
Полицейская бабуля вытащила наручники и защелкнула их на запястьях придавленного Барта.
– Ты мне за это заплатишь, тварь! – прошипел картавый Рик и угрожающе рванул к Ирис.
Рекстон сильным ударом отбросил его в сторону. Затем взял Картавого Рика за шиворот, приподнял и хорошенько встряхнул. Тот мигом сделался тих и послушен.
– Я сдаюсь! – пискнул Карась Клод и поднял руки. – Не бейте меня, пожалуйста.
– Восхитительно! Это сенсация! – воскликнул веселый бас и из-за сарая живо, как кузнечик, выскочил репортер Эрменеджильдо, с блокнотом и карандашом. – Бандиты обезврежены! Справедливость восторжествовала! Продам эту заметку в «Полицейский вестник». Страна должна знать, что даже в провинции закон не дремлет.
За ним выбрались и его спутники: Вальдемар Кроули и духовидицы. Они живо переговаривались, комментируя недавнюю сцену.
– Любопытные у вас представления о тихом отдыхе в провинции, – заметил Кроули, вытирая вспотевшую лысину платком. – Но я всегда рад расширить свой кругозор. Пожалуй, мы задержимся в поместье на денек-другой. Может, вы еще нас чем-то подобным порадуете.
Ирис взорвалась от истерического смеха: Она прижала ладонь к губам, тряслась и всхлипывала.
– Ну вот, – блаженно улыбнулся Финеас. – Все хорошо, что хорошо кончается.
Глава 23. Шкатулка с секретом
Следующие несколько минут на поляне перед скотобойней царила суета.
Полицейская старушка и ее внук-увалень надели на бандитов наручники и под конвоем Лары Хунтер отвели к автомобилю, который ждал за кустами. Охотница и майор вызвались сопроводить их в Шваленберг до тюрьмы.
Полицейский Твиль взял у всех участников показания, его бабушка записывала и подсказывала внуку, какие вопросы задавать.
Подслушивая разговор с Рекстоном, Ирис узнала, что дворецкий, как только получил приглашение доктора Моргана, тотчас обратился в полицию и к госпоже Хунтер, которая руководила местной дружиной, и, не мешкая, составил план, который так блестяще провернул.
Ирис одновременно злилась на него и восхищалась.
Госпожа Тиль вынесла всем благодарность за содействие.
– Вы настоящая героиня! – ответно похвалила ее Ирис. – Никогда не видела прием, каким вы подсекли Барта. Научите?
– Конечно, милая! – обрадовалась Сельма. – Но удивляться нечему. Мой дед был полицейским, мой отец был полицейским, мой муж, сын и внук – тоже полицейские. Женщинам не разрешают служить в полиции, но я их работу знаю назубок. Кроме того, никогда не нужно недооценивать стариков, дорогая. У нас столько пороху в пороховницах, что хватит весь мир подорвать.