Сашка подрастал, но второго ребёнка мы пока не планировали. Служил я добросовестно, и командир полка намекал на возможность перевода меня на более высокую должность в одну из частей, стоявшую в Улан-Удэ.
Ну, а весной пятьдесят седьмого года произошло то, что терзает мою душу до сих пор… Налей вина, – обратился он ко мне. – Не могу вспоминать… Тяжело мне…
Мы снова выпили по рюмке вина, помолчали… Иван Денисович тяжело вздохнул и продолжил свой рассказ.
– Однажды жена сказала мне, как говорили тогда офицерские жены, что она «залетела», то бишь забеременела. Это сообщение для меня было, как гром среди ясного неба. Другой бы мужик на моём месте обрадовался, как ребёнок, а я буквально ошалел. Ну, и что будем делать? – говорю ей.
– Ничего… Рожать буду. Может быть сестрёнка у Сашки будет, – спокойно отвечает Ангелина…
– И я сорвался… Веришь, никогда раньше даже голоса не повышал на жену или Сашку, а тут словно бес в меня вселился. Что меня тогда так испугало, я до сих пор не могу понять и объяснить.
Появление в семье ещё одного ребёнка? Так он всё равно рано или поздно появился бы… Возможный переезд в Улан-Удэ с грудным ребенком? Ну и что тут особенного? Тысячи людей переезжают с такими детишками…
Помню, что орал я на Ангелину так, что в окнах барака стекла дрожали. Зачем и о чем орал уже не помню. Хорошо запомнил только, что сказал ей: «Если ты не пойдешь на аборт, я от тебя уйду». Почему пригрозил уходом из семьи? Не знаю… Никуда бы я не ушел, наверняка. Я безумно любил Ангелину и Сашку…
Во время моего «выступления» Ангелина не произнесла ни одного слова. Молча смотрела даже не на меня, а куда-то сквозь меня и только один раз тихо сказала: «Не кричи так громко… Не пугай Сашку…».
Ефимыч! Ты можешь объяснить, что тогда произошло со мной?
– Могу. Все просто… Не вдаваясь в тонкости, психологии, неврологии и психиатрии это был, говоря простым языком, нервный срыв или выраженная невротическая реакция. Встречается довольно часто.
– Так значит я псих или невротик? – спросил Иван Денисович.
– Нет. Такие реакции часто бывают у абсолютно здоровых людей, и никто не отправляет их в «психушку». Что было дальше? – спросил я.
– Ангелина сделала аборт. А я очень долго не мог прийти в себя. Сильно переживал. Получилось так, что я заставил жену убить нашего не родившегося ребёнка. Понимал, что взял большой грех на душу. Долго выходил из депрессии. Помог перевод в Улан-Удэ. Надо было осваивать новую должность. Служба отвлекала от дурных мыслей, но всё равно где-то на душе был огромный камень…
Прошло года два, Сашка подрос, и мы с Ангелиной решили, что пора пополнять семью.
И тут снова в нашей жизни появилась чёрная полоса… Как мы не старались— Ангелина не беременела. Много раз обращалась в поликлинику к гинекологу, без конца сдавала какие-то анализы, но всё это были «пустые хлопоты».
А после того, как её обследовали в Республиканской больнице, врачи вынесли заключение, что у неё имеются тяжелые последствия аборта и она больше не сможет иметь детей…
Представляешь моё состояние? Хотел застрелиться… Ведь это я тогда послал её на тот аборт… Ангелина тяжело переживала приговор врачей… Стала молчаливой, замкнулась, но никогда, ни одним словом не упрекнула меня за то, что я заставил её сделать этот чёртов аборт. Эх, жизнь… Давай, Ефимыч, ещё «по чуть-чуть» выпьем… Тяжело вспоминать прошлое…
Мы выпили, помолчали и Иван Денисович продолжил свою исповедь.
– В последующие годы Ангелина постоянно лечилась у гинекологов. После перевода меня в Москву наблюдалась в одной из Центральных поликлиник Министерства обороны. Перенесла две операции – удалили матку, яичники… Вот какими последствиями обернулся, сделанный когда-то по моему настоянию аборт… Я угробил её, как женщину…
– А почему она умерла? – спросил я.
– У неё было больное сердце. Скончалась она скоропостижно. Острая сердечная недостаточность. Скорая помощь очень долго ехала…
Иван Денисович замолчал, закрыл глаза, откинулся на спинку стула и мне показалось, что у него по щекам текут слёзы.
– Вот какой тяжелый камень я ношу на сердце, Ефимыч… Грешен я и нет мне прощения… Ты первый, кому я рассказал о своих переживаниях… Подскажи, где выход, как мне освободиться от ежедневных, круглосуточных тяжких дум. Иначе скоро я попаду в психушку.