И ведь этот второй защищал нас…
«Мам, где Раф?» — снова послышалось в голове.
— Раф…. — просипела я, а потом закричала во весь голос: — Раф!
— Так, женщина! — раздалось нервное позади. — Куда вы?!
Я обернулась к двери и увидела охранника, стоявшего в проеме.
— Войдите в здание, — попросил он, высунувшись целиком, а я заметила у него пистолет в кобуре.
— Мам? — звал Дима за дверьми, но я не слушала.
— Дайте пистолет! — бросилась я к охраннику.
— Что? — опешил он и попятился. — Вы в своем уме?!
Ну, как вам сказать? Ощущения у меня возникли странные. То ли на адреналине, то ли от осознания, что я могу потерять кого-то очень важного, но у меня вдруг не возникло никаких сомнений, что этот мужчина должен мне сейчас выдать оружие. И никак иначе. Я шагнула к нему, гипнотизируя его взглядом, и протянула руку:
— Пистолет, — потребовала спокойно.
И он, коротко зажмурившись, послушно вытянул пистолет из кобуры и выложил мне на ладонь.
— Боевой? — уточнила я неуверенно.
— Угу, — завороженно кивнул он.
— Спасибо.
Тут позади взревела сирена очередной пострадавшей машины, и я, сжав пистолет, бросилась из-под крыши по ступенькам.
Мой мишка проигрывал. Эта темная тварь уронила его на спину и пыталась схватить за горло, когда я соскочила со ступеней. Господи, ну что за Голливуд? Откуда я знаю, как целится вообще? А расстояние, с которого можно попасть? Что я делаю? Стойка эта нелепая с широко расставленными ногами, будто я что-то в этом шарю… А, нет! Хорошо, что я раскорячилась как следует, а то бы упала от отдачи!
Темный медведь взревел и встал на дыбы, а мой — вскочил пружиной и повалил его на землю. Но я бдительности не теряла. Оббежала мишек по кругу и уже заняла более удобную позицию, как меня что-то ударило по ногам, и я полетела задницей о землю….
62
Приземлилась я удачно, как кошка… с тремя лапами. Четвертую, к сожалению, подвернула, потому что в ней был пистолет. Но страдать по этому поводу не было времени — рядом со мной что-то запыхтело, мучительно застонало и вдруг разразилось такой чёрной руганью, что у меня аж голова закружилась. Я попыталась подняться, но не тут-то было — за ногу держали крепко.
Обернувшись, я обнаружила, что на меня смотрела смутно знакомая женщина в испачканном розовом пуловере. Она всё ещё держала меня за ногу и силилась встать на четвереньки, но ей будто что-то мешало. Ее большие чёрные глаза были наполнены жгучей ненавистью, и я, наверное, упала, если бы продолжала стоять. Но мне вдруг от чего-то стало ее безумно жалко. Кожа на ее шее была поцарапана когтями, и воспаления кровоточили, а женщина продолжала терзать их второй рукой, пачкая и размазывая кровь. Когда она вдруг рванулась к пистолету в моей руке, я даже не дернулась. Просто уверенно шлепнула ее по запястью, и она одернула руку и рухнула на бок. По ее щекам катились слезы…
— Дай мне покончить с собой! — взвыла она гортанным голосом.
— Вот ещё, — невозмутимо покачала я головой. — Обойдешься. Это же ты мне снилась?
Она фыркнула и перекатилась на спину, устремив взгляд в небо.
— Снилась.… — повторила неприязненно. — Дура… Ничего тебе не снилось. Или ты рожать медведю тоже во сне собираешься?
Рожать медведю?
Но не успела я осознать сказанное, как звериный рев, всё ещё стоявший в округе, заглушили звуки сирены, и из-за угла корпуса показались машины с мигалками.
У медведей бой ещё был в разгаре, хотя, кажется, мой все же победил. Он держал врага за горло, не давая ему встать, а тот ворочал башкой и истошно ревел, от чего отчетливо позвякивали окна в уцелевших машинах.
Я дернула ногой, освобождаясь, и, отодвинувшись от женщины, села на бордюр. Сил почему-то резко не стало, зазнобило… Взгляд прикипел к пистолету в руке, и я все не могла поверить, что вообще взяла его в руки. А как умудрилась выстрелить?
Тем временем вокруг стремительно нарастала суматоха. Представители спецслужб уже окружили медведей, другие принялись оцеплять место. Меня с незнакомкой тоже не оставили без внимания. Сначала с земли подняли ее, надели наручники и увели, а потом взялись за меня.
— Вам нужна помощь? — Рядом со мной присел мужчина в медицинской форме.
— Не знаю, — поморщилась я. — У меня вот…
И я протянула ему пистолет.
— Положите рядом осторожно, — спокойно посоветовал мне врач и принялся светить в глаза. — Каталку сюда!
— Я в норме, — забеспокоилась я, — только руку подвернула…
— Наташа! — позвали меня, и знакомый мужчина опустился передо мной на одно колено.
— Гарик, здравствуйте, — хладнокровно поприветствовала я его.