— Хорошо-хорошо! — уже ласковым голосом продолжила она — Ты же в среду пойдешь со мной? Послушаешь сердцебиение своего малыша!
В приоткрытую щель я увидела, как он притянул ее к себе, обнял за плечи, погладил по голове и пообещал:
— Отец твоего ребенка точно пойдет с тобой на УЗИ!
При этом он выглядел счастливым.
Маша подняла голову и заглянула ему в глаза. Он нежно улыбнулся и…
Дальше досматривать я не стала.
Развернулась с намерением поскорее уйти, но наткнулась взглядом на наблюдавшую за мной Вику.
"Вот только осуждающе смотреть на меня не надо! Ты и сама прослушивала!" — подумала я, но говорить ничего не стала, чтобы не спалиться перед сладкой парочкой.
Направилась на кухню, надеясь там немного умыться. Да, не гигиенично, но в ванную я сейчас точно заходить на хотела бы. Немного ополоснув лицо, упёрлась руками в раковину и пыталась отдышаться. В груди нещадно ныло.
— Я не хочу осуждать… — раздалось за спиной.
Вика прошла на кухню и присела на подоконник.
— Но…? — спросила я, зная, что это не конец фразы.
— Но, считаю, что ты неправа. Она носит его ребенка, а ты показательно… проводишь с ним ночь.
— Мы не… — попыталась сказать, но меня остановили жестом.
— Ты сама себя подставила. Ведь теперь для всех слова Кати стали похожи на правду!
Я просто молчала. Слез не было, но было тошно. А ещё, я раньше не замечала, несколько эта девчонка мудрая.
— Или… — она встрепенулась — Или это тебя подставили!
— Да, я же говорила про Катю… — но меня снова перебили.
— Нет, не она. Смотри, как странно ведь, что Максим вышел вчера на кухню?
— А ты откуда знаешь?
— Так уже все всё обсудили! — она отмахнулась и продолжила — И то, что он на показ сказал об этих тарелках и так дал всем понять, что вечер и, возможно, ночь вы проведёте вместе…
— Хочешь сказать, он меня использовал?
Она начала ходить из угла в угол, как будто разгадывая загадку, но потом резко остановилась.
— Не хочу этого говорить, но, если судить здраво, то все выглядит именно так!
Я ещё немного помолчала, переваривая информацию, и пришла к выводу, что слова Вики уж больно сильно подходит на правду.
"Как же я раньше этого не поняла?!!"
— Сука! — даже не могу сказать, это я так Максима обозвала, или о ситуации в целом.
Вика молчала, но смотрела на меня взглядом а-ля "Мы все узнали и разгадали!". А мне было тошно от очередного предательства человека, которому доверилась. Под видом заботы, за счёт меня разжёг ревность у своей беременной девушки. Просто замечательно! Я чувствовала себя использованным презервативом, мной просто прикрылись от всякой бяки.
"А о том, что мне ещё жить бок о бок с людьми, которые не стесняются меня ш… называть, а теперь ещё и разлучницей считают, он не подумал?"
Вслед за обидой и разочарованием уже знакомо поднималась злость. И на себя, ведь, вчера я действительно проверила, что у нас есть что-то общее и что он поддерживает меня. Но больше на Максима. Какой шустрый!!! И Машу заставил ревновать, и мне лапшички на уши навешал. Это его: "Мы справимся!". Тьфу ты!
"Решил и рыбку съесть и на х… сесть?"
— Ой..! — на кухню ввалилась счастливая Маша.
Вика переводила взгляд с меня на неё, а потом снова на меня. Наверное, не знала, кого жалеть больше. Меня, потому что в мою сторону спустили всех собак? Или Машу, так как мои горящие праведным огнем глаза предвещали скорую расправу.
Но я быстро опустила взгляд, сделала вид, что разглядываю свои ногти. Не потому, что было стыдно или что-то ещё, а из-за того, что мою злость на одного конкретного мудака могли воспринять за ревность. Которой и близко не могло быть. Потому, что…
Потому, что все нежные чувства, что начинали зарождаться после нашего близкого с ним общения, в один миг разбились о его хладнокровный расчет и безразличие там, где я нарисовала себе какую-то симпатию. А по их остаткам бульдозером прошёлся его счастливый голос, когда он говорил о беременности Маши. Так что, я уверенно могу сказать, что весь интерес и хорошие отношение к Максиму выгорело синим пламенем.
Осталась только злость.
— Викусик! Будешь моей второй свидетельницей на свадьбе? — весело защебетали беременяшка и добавила извиняющимся тоном — Место первой уже заняла Катя.
Что ответила Вика, я не слышала. Вышла из кухни, даже (О чудо!) не хлопнув громко дверью. Начала подниматься по лестнице, думая о том, что Маша пригрела змею на груди. Тоесть, Катю. И что та, дружит с ней только, чтобы быть ближе к Максу, ну или для того, чтобы навредить мне. Ведь известно, что враг моего врага — мой друг. Но чувствую я, что эта зараза ещё покажет свое истинное лицо.