— Если вернусь за курткой, Саня больше не выпустит. — озвучила свои опасения.
— Ах, ну да, какая проблема! — с сарказмом сказал Максим и начал доставать что-то из-под шлема.
— Держи! — он протянул мне свою кожаную куртку.
Я оглядела этот "чехол для танка". Прикинула на себя.
— Макс… Я ею при необходимости и укрыться могу! — я "мягко намекнула" на слишком большой размер.
— Обязательно попробуем! — снова подколол он.
— Да ты задолбал своими намеками! — я снова разозлилась и заколотила его руками по груди.
— Так! — он сжал мои запястья. — Или мы едем, или… — он достал свой телефон и разблокировал, повернув экраном ко мне. — … или эта заставка так и останется здесь?
Вместо ответа я выдохнула и расслабила руки.
— И намеки каждый понимает в меру своей распущенности! — Максим все же не упустил возможности кольнуть меня снова и, пока я не успела ничего ответить, вручил мне шлем.
— А ты всегда второй шлем возишь? — я переключилась на другую интересующую меня тему, натягивая его куртку.
— Мику подвозил.
— А Мика это…? — я приняла самый безразличный вид, угадывая, как же мне надеть шлем.
— Познакомитесь! — не вдавался он в подробности и, выхватив у меня средство защиты, аккуратно надел мне на голову.
Он сел на мотоцикл, подняв подножку, и ожидающее посмотрел на меня. Я не торопилась, хотелось прочувствовать этот момент, но все же, придерживаясь за плечо водителя, перекинула ногу и села. Из-за того, что место "нажопницы" находилось немного више и под уклоном, я невольно завалилась на Максима и прижалась к его спине своей гру… хм… широкой душой! Хотя меня это не смутило… ну почти! Просто его толстая куртка, как я предполагала, сглаживала всю "остроту ощущений", хотя после мелькнувшей ухмылки, которую заметила, когда бывший сосед обернулся проверить, как его пассажир устроился, я в этом засомневалась. Но все же не стала строить из себя смелую и опытную, поэтому крепко обхватила Максима за пояс.
Мы выехали в открытые ворота, которые по случаю сегодняшнего праздника не закрывали для удобства гостей, и сначала медленно покатили, выезжая на трассу. А потом… Потом Макс дал своему зверю волю. Мы все набирали скорость. Ветер свистел громче и громче. Мимо мелькали фонари, дома и другие машины. А под своими руками я чувствовала стук сердца, которое билось с моим в унисон. Счастье и блаженство растекалось по венам, даря чувство свободы, но размыкать руки я не спешила, а наоборот, прижалась головой к спине моего водителя. Хотелось быстрее, сильнее, мощнее, но я чувствовала, что он острожничает и не набирает той скорости, к которой привык. И я расслабилась и получала удовольствие. От езды, от мелькавшего ночного города и от уверенно державших руль рук.
Через какое-то время, которого мне показалось мало, мотоцикл начал замедляться. Мы въезжали на главную улицу нашего города, которая была пешеходной. Почти… После маневрирования между многочисленных прохожий, байк окончательно остановился у двухэтажного кафе, которое полностью было увешано гирляндами теплого цвета.
— Ну вот и все! — с шальной улыбкой обернулся ко мне Максим.
Я слезла и попыталась устроять на дрожащих ногах, при этом нащупивая застёжку шлема. Сосед вздохнул, видя мои старания. Он все так же не слез с мотоцикла, притянул меня за куртку ближе к себе и умелыми движениями снял с меня шлем. Я начала расстёгивать и куртку, но он остановил меня.
— Оставь. На улице холодно.
— А как же ты? — вообще-то это следовало спросить до поездки, но лучше поздно, чем никогда.
— А мне и так жарко. — он сначала отмахнулся, но потом перекинул ногу через байк, присел на него уже боком и устроив меня между своих ног, шепнул на ухо. — Но, если ты меня хочешь согреть…
— Та харош! Сколько можно?!!! — я возмутилась и хотела стукнуть его снова, но мою руку перехватили.
— Пока не согласишься… — тихо и серьёзно сказал Максим.
— А ты всех своих "девушек" так упрашивал? — я не могла не подколоть. Перспектива быть очередной "однодневкой" или, скорее, "одноночкой" меня не прельщала, поэтому я хотела сразу сказать, чтобы даже не надеялся на такой расклад. Пусть я и таю от него, чего скрывать, но здравый ум у меня есть. И он категорически против!
— Хм… не приходилось как-то…
И я снова его стукнула. В который раз за вечер. И ударила бы ещё раз, но на телефон пришло сообщение.
"Хватит обжиматься там! Мы вас видим! Поднимайтесь на второй этаж, идите к диванчикам. И, Анют… тебе, оказывается, тоже есть, что мне рассказать?"