Обхожу местность по обычному маршруту.
Пробежка на лыжах с утра хорошая нагрузка и зарядка. Бодрит и энергию на весь день придает.
Пока на лыжах бегу, в голове ее странное поведение ночью крутится. Вскочила, шум подняла. Я только засыпать начал, как около нее оказался не понял, ноги сами на второй этаж принесли. Испуганную девчонку увидел, не смог отказать в просьбе простой – остаться. Заставила меня рассказывать сказки.
Блин, сам же на эту работу вызвался, хотел немного от жизни в городе отдохнуть. Отстранится от суеты людской. Деду Сафрону немного восстановиться дать и в поселке эту зиму перезимовать.
Лыжи сами по насту скользят, скорость набирая. Выныриваю из-за разлапистой ели, обозревая перед собой всю долину. Дом впереди виден, плотной шапкой снега по верху накрыт, как одинокий грибок посреди ровного, белоснежного простора.
Еще рывок, подкатываю к дому, лыжи в пристройке оставляю. Отпираю замок и наконец ныряю в тепло дома.
– Живой! – встречает меня возгласом голубоглазка.
В замешательстве на пороге останавливаюсь. Скажу честно, обескураживает столь теплая встреча. Куртку расстегнуть только успеваю. Ко мне подбегает.
– Слава богу ты живой!
Что у нее тут произойти успело, всемирный апокалипсис?
– Эй, Снежка, что стряслось? – осматриваю ее внимательно. На вид цела, здорова, не считая прежнего гипса на руке.
– Не называй меня так! – просит слегка повышая голос.
– Окей, заметано, – отвечаю спокойно. Расскажет она, что тут у нее произошло?
– Как хорошо, что ты вернулся! – продолжает причитать и ко мне жмется, как маленький замерзший воробышек, проникая в распахнутую куртку.
– Да с чего ты вообще взяла, что я умру? – Ловлю ее за предплечья и от себя отстраняю, всматриваюсь в обеспокоенное лицо, глаза распахнуты, а зрачки расширены.
– Так ты же сам сказал, медведи! Я ждала, ждала, а тебя все нет и нет!
До меня медленно, но верно доходит. Так вот чего она испугалась, думала меня медведь задерет?
Сдерживаю смех, но улыбка на губы проскальзывает.
Разуться не дала, налетела как фурия и жмется испуганным маленьким воробышком.
– Там же медведи и мало ли какие дикие звери! Тебя могли поранить, съесть! А я тут одна совсем, без средств связи!
Улыбает. Такой смелый, нахохленный воробышек. Переживала за меня и за себя немножко. По сердцу разливается такое странное чувство, тепло вперемешку с удовлетворением. Не знал, что так приятно, когда тебя ждут дома.
– Не уходи больше так, без предупреждения. Я испугалась очень.
Ударом в солнечное сплетение отдаются ее слова и спазмом там остаются.
– Я в округе все знаю. Все медведи меня боятся, – неловко подшучиваю.
Стучит по мне своим маленьким кулачком, сквозь слои куртки и одежды не чувствительно вовсе.
– Зачем вообще из дома тогда выходить, если такая опасность существует? А что со мной здесь будет, если ты пропадешь?
– У меня есть двустволка. За меня не переживай. А мобильник дома. При необходимости наберешь первый номер по списку, тебя заберут.
– Не смешно нисколько! Почему ты не живешь поближе к людям?
Очень хороший вопрос, на который я пока не готов отвечать.
Принюхиваюсь, до меня доходит смешанный запах, паленым по дому воняет.
– Так, а чем это пахнет? – отодвигаю ее аккуратно в сторону осматривая помещение.
Глаза ее виновато на меня посматривают, а вид такой смущенный становится.
– А я хотела приготовить и нечаянно сломала… – показывает на кухню.
– Черт, – вырывается несдержанно. На скоряк разуваюсь и обозреваю зияющую чернотой розетку, в которую все еще воткнута мультиварка.
– И свет теперь не работает, – обхватывает себя руками.
– Сама то хоть цела?
Показывает мне загипсованную руку – свою единственную поврежденную часть.
Блин, из глотки рвется более нецензурная брань, чем вырвалась ранее. Прикрываю на мгновенье глаза, успокаивая бушующее нервы.
Холодильник, насос, водонагреватель, обогреватель все от этой линии работало. Чувствую в доме значительно прохладнее, не успело остыть, сруб основательный.
Но проводка у этого дома старая из поселка под курортом тянется, там все больше местные жители живут, да те кто работают в горнолыжных курортных центрах.
Насос замерзнет капец ему, придется тепловыми пушками отмораживать или ждать лета, когда само отморозится.
Вытаскиваю бесполезный шнур из розетки, обуглился на конце.
– Я честно просто в розетку засунула, больше ничего! Она даже включится не успела сразу взрыв!