Сергей уступил мне кровать, единственную в доме. Маленькая комнатка, расположенная на втором этаже, почти под потолком, балкончиком выходит на общее помещение и с кровати можно обозреть весь дом. Здесь помещается только эта довольно удобная полуторка и небольшой столик, а тепло от камина прогревает воздух, отчего наверху намного теплее чем на первом этаже.
Не могу уснуть, ворочаюсь. Слышу как Сергей тоже вертится на узком диване и неудобно становится, что отняла у него кровать. Но с малознакомым мужчиной мне будет некомфортно делить кровать, а поменяться местами я, пожалуй, не готова. Эта постель слишком хороша в свете имеющегося выбора. Аргумент оказывается решающим, заглушая муки совести. За окном трескучий мороз, а в этой постельке слишком тепло, чтобы долго мучиться.
Глава 7
Просыпаюсь, не понимая, где нахожусь. Темно и глаза едва улавливают блики отсветов. Ловлю приход паники, сердце начинает колотиться надрывно. Оглядываюсь по сторонам, в полутьме просматривается обстановка незнакомая и отсветы пламени по балкам потолка пляшут. Подскакиваю с постели, натыкаясь в темном углу на стол, он со скрипом по полу ножками проезжается.
Где-то мужской голос чертыхается и уже откуда-то снизу слышу голос мужской.
– Снежка, все в порядке?
Снежка! Это имя мне воспоминаний подкидывает, вчерашнего дня и событий предшествующих.
Стою замерев, пытаясь успокоить сердце глубоким дыханием, слышу торопливый топот по лестнице. Макушка мужская показывается.
– Что случилось?
– Пить хочу, – говорю первое, что в голову приходит.
– Сейчас принесу.
Он спускается вниз, на первом этаже шуршит.
На кровать обратно сажусь, пряча спину у изголовья кровати. Странное чувство паники не отпускает, сердце нервно тарабанит и неуютно так. Обхватываю себя руками, сильнее в спинку кровати вжимаясь.
Сергей возвращается с кружкой воды.
Залпом выпиваю и не знаю, куда деть посуду. Сережа на место столик двигает – я его почти к лестнице сдвинула, кружку из моих рук забирает.
– Все в порядке? – снова переспрашивает.
Киваю неуверенно.
Мне так не хочется его отпускать, в моей крови еще бегает тот подспудный страх, с которым я проснулась и хочется живого человека рядом, желательно сильного и надежного, чтоб спрятаться за ним можно было от страхов ночных.
Он разворачивается, собираясь уходить.
– Подожди! – останавливаю его, еще не понимая, как буду просить со мной побыть. Снова неудобство в груди рождается.
– Можешь… со мной немного остаться? – стыдно в своей слабости признаваться. – Мне не хочется одной быть.
Он кружку на столик отставляет. Садится в изножье кровати и откидывается на спину, занимая половину.
– Ну что, знаешь хоть одну сказку, Шахерезада?
– Ммм, я только про Машу и медведей могу вспомнить.
Он поворачивается ко мне лицом, подпирая щеку рукой. Карие глаза смотрят в ожидании.
– Рассказывай, – со вздохом соглашается.
Сказку вспомнила только до части, где Маша перепробовав все стулья за столом на “мягкость”, решила, что самый удобный все же ее размера. Дальше пришлось рассказывать Сергею. Так захотелось услышать интерпретацию его концовки.
Слушая его густой, мерный тембр, ко мне впервые закрадывается мысль: интересный мужчина этот Серый, больше похожий на доброго медведя и борода его вовсе не страшная, как казалось раньше, а наоборот придает мужчине некоторого шарма и загадочности. С ним спокойно – мелькает мысль на грани сна и яви.
Открываю глаза, когда совсем светло. Большая комната залита светом и уютом, наверно таким, какой бывает только в солнечный зимний денек под теплым одеялом и в удобной кроватке. Еще немножечко нежусь в сонной неге, вспоминая вчерашнюю ночь.
Божечки, Сергей рассказывал мне сказку! Он убаюкал меня, монотонным рассказом. Это умение высшего пилотажа. Наверно, он хорошо ладит с детьми. Странная мысль, учитывая обстоятельства. Хочется улыбаться и потянуться как кошечка, что я и делаю, снова зависая в приятных воспоминаниях.
Сергей наверно уже встал. Прислушиваюсь. Дом