— Ты пырнула Учиха?! — Шипит Неджи, а я медленно считаю до пяти, перед тем, как ответить.
— Нет.
— Он приставал?
— Боже, Неджи! — Выкрикиваю я, но затем понижаю голос. Таксит слишком пристально наблюдает за мной через зеркало заднего вида. — Я без понятия, где он последний час, но точно не со мной. С ним что-то случилось?
— Будто бы я не знаю, что…
— Мне стало плохо, я поехала обратно в кампус, прости, что не позвонила. Слишком много людей. Ты же знаешь, как я реагирую на толпу.
— Я видел, как ты пошла за Учиха.
— Мы действительно встретились, но ненадолго. Что произошло?
— Просто, — Неджи запнулся. — Прости, я не хотел давить на тебя. Он вернулся на вечер в окровавленной рубашке, а последняя с кем я его видел, была ты.
— С чего бы мне это делать?
— Прости, — Неджи выдыхает. — Как ты себя чувствуешь?
— Лучше, но все равно хочу поскорее в кровать. Заберешь мои вещи из гардеробной, ладно?
— Хорошо. Отпишись, как доедешь, ладно?
— Спокойной ночи.
— Спокойной.
В потоке странных мыслей, бредовых и ужасающих я даже не замечаю, что мы уже подъехали к назначенной точке.
— Прошу прощения. — Заводит разговор таксист. — Вы уверены, что правильно указали адрес?
— Уверена, — тихо отвечаю я и осматриваюсь, пока еще из-за безопасной территории. Мы остановились в границах кампуса, до него еще пару километров. Мой сталкер указал точку в лесу, что прилегает к территории.
— Говорят, что тут недавно нашли мертвую девушку. Может, вам стоит позвонить тому молодому человеку, с кем вы разговаривали? Если вам плохо, то ночь не лучшее время прогулки по лесу.
Я хочу кричать. Внутренний рык, животный. Снять всю ту злость и тревогу, что скопилась внутри. Но вместо этого протягиваю купюру, хотя знаю, что оплата происходит через списание с банковской карты.
— Вы меня не видели.
— Разумеется, — быстро соглашается таксист, когда видит крупную сумму. Он берёт купюру. Кивает. Я выхожу из машины. И думаю: за такую сумму он отпустил бы меня даже в ад.
Когда свет от фар исчезает совсем, я осматриваюсь. Замерзшими пальцами прижимаю к себе пальто, будто бы оно сможет согреть сильнее. Изо рта идет пар, я вижу его из-за полнолуния. К счастью, свет от луны освещает деревья хоть немного.
— Эй! — Выкрикиваю. — Ты здесь?
Точка находится не на дороге, нужно пройти немного в чащу леса. Это будет трудно, учитывая, что я на каблуках. Бред какой-то, нужно было показать сообщение Саске.
Я ведь даже убежать не смогу.
Может и не смогу, но нож всажу точно.
Тот канцелярский ножик в этот раз я прихватила с собой осознанно. Кто бы меня ни позвал на ночную прогулку, я готова. Раскалена до предела. Сжимаю ножик в кармане так сильно, что кисть ноет.
— Я здесь, — кричу и слова разносятся по лесу эхом, — как ты и хотел!
Сотовый вибрирует. К сожалению, этот звонок не от сталкера. Зачем-то звонит Саске, может, это знак? Стоит ответить на звонок и сказать, что я сейчас одна в лесу со своим преследователем?
Шорох.
Кажется, я что-то слышу. Кажется, время останавливается. Потому что в эту же секунду я совершенно перестаю мерзнуть, а земля перестает быть такой рыхлой для каблуков.
— Что тебе нужно, ублюдок?!
Какая-то птица пугается и издает истошный крик, взлетая и тревожа ночное спокойствие. Провожу пальцем по экрану, ища фонарик. Свет выхватывает из темноты корни деревьев, влажную землю, мокрые листья. Я делаю шаг. Ещё один. И замечаю… некоторые камни на тропинке светятся.
Слабый, бледно-зелёный свет. Будто кто-то провёл по ним кистью.
Я останавливаюсь. Присматриваюсь. Это не грибы. Это краска. Кто-то покрасил их намеренно. Кто-то хотел, чтобы я нашла дорогу. Я сжимаю телефон. Нож в кармане становится тяжелее.
Он знал, что я приду. Он ждал меня.
Иду по маршруту, которые скорее всего ведет меня к погибели. Ведь если он действительно там, то из леса выйдет только кто-то один.
Сотовый снова начитает вибрировать. Это Саске. Может, стоит выслать ему локацию? Если что-то произойдет, то хотя бы у одного человека будет информация о том, где я была.
Захожу в приложение и фотографирую дорожку, которая ведет к какому-то ветхому домику. Отправить. Уверена, он узнает это место. Телефон больше не вибрирует.
— Эй, хватит прятаться! — Кричу, срывая голос.
Хватит сводить меня с ума, умоляю. Хватит. Двери в домик приоткрыты и войти туда было бы максимально глупым. Слегка толкаю их и вздрагиваю, когда противный, раздирающий душу скрежет петель запевает свою песню.
— Я просто хочу нормально жить, — шепотом произношу я, — просто жить, понимаешь? Хватит издеваться надо мной.
Через открывшуюся дверь становится видно намного больше. Внутри не так страшно, как казалось на первый взгляд. Убрано, диванчик с красным пледом, ковер. На комоде и полках шкафа стоят свечи, жгли их недавно. В помещении пахнет воском.