Я хочу сказать «нет», но из горла вырывается только хрип.
Я теряю сознание. Я не хочу терять сознание. Но я теряю.
Холодно. Мне так холодно, будто бы я лежу в ванной, наполненной льдом. Где я? Я… дыхание перехватывает, когда что-то раскаленное касается меня. Мокрое, склизкое и отвратительное. Оно движется от моей шеи в направлении к груди.
Я обнажена.
Я обнажена и поэтому мне так холодно.
Нет — нет — нет, только не это. Я должна сделать хоть что-то. Я должна сопротивляться.
— П-п-пож…
Я не могу договорить, мне не хватает воздуха в легких. Я чувствую себя утопленницей. Язык пламени теперь касается моего языка, играясь с ним и явно наслаждаясь. Хочу прикусить, но слышу удовлетворённый мужской вздох. Не получается, я лишь податливо шевелю губами, имитируя поцелуй.
— Я знал, что ты этого хочешь, — произносит Он. Его голос так далеко, я слышу лишь эхо. Меня тошнит. Господи, я знаю этого человека? Этого не может быть. Никто бы так не поступил со мной. Никто.
Я слышу своё дыхание. Слишком частое. Слишком громкое. Я слышу его дыхание. Оно тяжёлое, хриплое. Я чувствую его вес.
Я хочу, чтобы кто-нибудь пришёл.
Но никто не придёт.
Я знаю это.
Я чувствую это.
Я чувствую его.
Каждое прикосновение.
Каждое движение.
Я считаю секунды. Я считаю вдохи. Я считаю до десяти. Потом до двадцати. Потом я перестаю считать, потому что теряю счёт.
Его кожа горячая, она пылает — забирая тепло моего тела. Тело. Это просто тело. Это не я. Он берет мое тело, а не меня. Меня здесь нет. Это все не реально.
Я утопаю в горечи и темноте.
Толчки. Меня будто бы качает на яхте, как в детстве. Начинает тошнить, тоже, как в детстве. Он… Он делает это? Я ничего не чувствую, боли нет. Только толчки, медленные и размеренные. Плавные. Убаюкивающие. Монотонный скрип кровати слишком громкий, чтобы не замечать его.
Я пытаюсь вспомнить своё имя.
Я его помню.
Но это имя принадлежит не мне. Оно принадлежит той, кем я была. А я уже не она. Я смотрю на себя сверху. Я вижу себя. Маленькую. Сломанную. Чужую.
Я хочу, чтобы это закончилось.
Я хочу умереть.
Я хочу быть никем.
Где-то внутри, в самой глубине, что-то ещё живёт. Что-то, что не хочет умирать. Я ненавижу это что-то.
Холодно.
Глава 32. Стыд и страх
«Стыд — это единственное оружие, которое жертва использует против себя»
Я просыпаюсь от тошноты. Она приходит не как желание — как приказ. Тело сжимается, мышцы напрягаются, в горле встаёт ком. Я не помню, что произошло, но моё тело помнит. Оно помнит и пытается избавиться от этого.
Меня ломает.
Кажется, что каждая клеточка тела болит. Тысяча игл впилась в меня, и каждая пульсирует в такт сердцу. Больше всего болит голова, трудно двигаться. Пытаюсь поднять голову — и мир взрывается болью.
Нужно собраться с силами. Первый шаг всегда самый трудный.
Раз. Два. Три.
Я поднимаюсь одним рывком. Стон вырывается произвольно, а мир плывет, словно отражение в бензиновой луже.
Стоп.
Стоп. Стоп. Стоп.
Я не дома?
— Сука.
Воспоминания приходят одно за другим. Отрывками. Густой лес. Толпа студентов. Костер. Холод. Вкус специй на языке. Земля. Кровать.
— Сука.
Меня выворачивает прямо на пол. Позывы заставляют сжиматься от боли, бессмысленной и беспощадной. Вкус желчи остается на губах, пока я не вытираю его рукавом толстовки.
Толстовки…
Подскакиваю с кровати и отшатываюсь от нее, прижимаясь к стене. Я полностью одета. Одежда чистая, но пахнет чужим. Чужим парфюмом. Кровать аккуратно заправлена. Абсолютно ничего не выдает того, что пришло ко мне с воспоминаниями.
Отвращение к себе.
Боль за ладони заставляет посмотреть, что в ней. Я разжимаю ее и вижу цепочку. Ту самую, что помню в бликах костра. Ту самую, что была на моем насильнике.
Я все-таки смогла сорвать ее? Или Он оставил её намеренно?
Я боролась или Он играет со мой? Я не знаю, что страшнее: что я не сопротивлялась или что он сделал это, чтобы я запомнила.
Я хочу домой. Я хочу домой. Домой.
Толкаю двери и быстрым шагом направляюсь к выходу. Мое сердце замирает, когда я вижу девушку. Она калачиком свернулась на диване, плечи ее дергаются, а на бедрах кровоподтеки.
— Эй…
— Нет! — Вскрикивает она и отползает на другой конец дивана. — Не подходи ко мне, поняла?!
— Я просто…
— Если ты кому-то расскажешь, что видела меня здесь — я убью тебя.