Господи, какая же я дура, если сразу не поняла – нужно было почистить переписку, удалить свои сообщения, да хотя бы фотки. Огромное количество фоток, которые он уже мог просмотреть.
Телефон вибрирует, сообщения от Андрея продолжают приходить, но я только и могу, что смотреть в пустоту – сквозь толпы торопливых людей. Всегда было интересно, о чем думает другой, незнакомый мне человек. Сейчас интересно, о чем думает Андрей.
Я: ну почему ты терроризируешь меня?
Я: что я тебе сделала?
Андрей: я уже говорил
Андрей: я защищаю тебя
Андрей: меньше всего я хотел тебя расстраивать
Андрей: но видимо чтобы ты поняла, надо
Диалог с ним открыт, мне приходит скрин. Скрин из «Телеграма», но не из самого приложения, а веб-версии. Скрин переписки с «Кирюшей», так он записан.
Андрей: если тебе этого недостаточно, то я не знаю, что сделать, чтобы ты поняла
Читаю сообщения Кирилла, отправленные полчаса назад.
Андрею больше не отвечаю. А мне и нечего ответить – разве что поблагодарить за правду.
Андрей: Лизуша
Андрей: отвечай мне
Но я не могу ответить. Пальцы тяжелеют, сложно попадать по клавиатуре. Вновь открываю скрин.
Кирюша: Короче еду сейчас к ней
Кирюша: В Парк Победы
Кирюша: Понятно что сегодня мне не светит
Кирюша: Но думаю, что уже скоро
Кирюша: Не люблю таких замороченных
Кирюша: Чтобы хрен пойми что надо сделать
Кирюша: Чтобы дала
Потом идут два замазанных сообщения – Луны или Андрея, без понятия. Наверное, все-таки Луны, вряд ли Андрей записал бы Кирилла как «Кирюша». И абсолютно точно Кирилл не входит в круг его близких друзей.
Кирюша: Я и говорю, замороченная
После этого скрин обрывается.
В голове каша, но я понимаю, что здесь говорят обо мне. Нужно быть полной дурочкой, чтобы этого не понять.
Пытаюсь полноценно сделать вдох, но не выходит – легкие будто сжимаются, кислород не поступает. Прикрываю рот рукой, стараюсь зевнуть, чтобы надышаться, но только продолжаю задыхаться.
Звонит телефон.
Почему-то я подумала, что это может быть Кирилл, но впервые за все последнее время рада, что это Андрей.
Не Андрей – незнакомый номер, владельцем которого может быть кто угодно, поэтому я беру трубку.
Ведь я знаю владельца.
– Прости, что расстроил тебя, – сходу начинает он.
– Андрей, – говорю я, но приближающаяся истерика не дает четко и быстро сформулировать мысль, – это фотошоп, да? Ты эту переписку сам сделал?
– Да нихрена это не фотошоп.
Снова я разбиваюсь на осколки, словно брошенная в стену бутылка.
Как я могла подумать, что хороший, адекватный парень может заинтересоваться мной? Почему из меня делают вещь, которую можно выбросить за ненадобностью? Разве на мне написано, что мной можно пользоваться?
– Тогда можешь рассказывать Кириллу мою тайну. Мне все равно.
– Мне не все равно.
Из звуков с моей стороны – несдержанный всхлип, сбитое дыхание, может быть, даже биение сердца, проезжающие машины/маршрутки, гавкающая у супермаркета собака, реклама электроники. Из звуков с его стороны – тишина, словно пульс снижался, пока вовсе не остановился.
– Скинь в «Телеграм» свою геолокацию. В точности до десяти метров.
– Ты у меня заблокирован.
– Это я прекрасно знаю, но я жду. И сделай так, чтобы она транслировалась минут пятнадцать.
Андрей сбрасывает.
А я как цирковой пудель: дали команду – выполняю.
Почему? Неужели я правда хочу, чтобы он приехал? Если я сейчас падаю, то Андрей – мой парашют?
Разблокировать Андрей?
Да.
Отправить геолокацию.
Глава 7
Неправильные чувства
Наверное, я дура.
Трезво оцениваю ситуацию.
Очень жалею, что скинула Андрею свою геолокацию, но надо признаться – скинула по собственной воле… и еще тупости, возможно. Минут двадцать сидела на лавке – менялись люди, играющие песни, даже бродячие кошки, а я почему-то неподвижно сидела и ждала, параллельно удаляя старые фото из нашего с Луной диалога. Кажется, что наши с ней общие материалы – это правда черная дыра или Марианская впадина. Чего здесь только нет.
Надеюсь, что не поздно и Андрей еще не пал настолько низко, чтобы просматривать чужие фото.