— Смотри на меня! — рычит он. — Смотри на меня и помни, благодаря кому ты так сильно кончаешь.
Я открываю глаза, и его взгляд возбуждает меня еще сильнее. Он наблюдает за тем, как я достигаю оргазма, и в его глазах горит огонек, предназначенный лишь для меня. Когда мой оргазм утихает, он вынимает из меня пальцы, а его глаза щурятся, скрывая улыбку за маской. Он проводит пальцами между нами, оставляя следы моей влаги.
— Посмотри, что ты наделала, — цыкает он. — Тебе нужно прибраться.
Он наклоняется вперед, размазывая по губам мое возбуждение. Я открываю рот, позволяя ему покрыть мой язык собственной влагой, и с жадностью сосу его пальцы, пока он стонет от удовольствия.
Он вынимает пальцы с влажным шлепком. Отступая, он оценивающе оглядывает меня с головы до ног, прежде чем развернуться и уйти обратно в ту комнату, где я впервые его увидела.
Я слышу, как открывается дверь, и быстро натягиваю костюм, застегивая его спереди, пока никто меня не застукал. Не заботясь о своем внешнем виде, я выскакиваю из комнаты на дрожащих ногах, и на моем лице сияет улыбка.
4
Иван
В последующие дни я не мог избавиться от мыслей о ее вкусе. Ее дрожь и стоны наслаждения свидетельствовали о том, что никто не дарил ей такого удовольствия.
Я злюсь на нее, потому что ее предыдущие партнеры были паршивцами, но в то же время это наполняет меня гордостью. Теперь мы связаны, и ей захочется вновь испытать это чувство.
Однако у нее не было возможности вновь увидеть меня, пока она не вернулась в Дом с привидениями, который вскоре собирались закрыть до следующего Хэллоуина.
Я иду по темным улицам Холлоубрука, капюшон черной толстовки помогает прикрыть мое лицо, так как на мне надет противогаз. Уже поздняя ночь, и на этих дождливых улицах почти нет людей. Я уверенно шагаю, сворачивая в переулок, прежде чем достичь своей цели.
Дом Луны.
Я вижу, что она по-прежнему оставляет окно своей спальни открытым — чтобы впустить прохладный ночной воздух — и это значительно упрощает задачу. Я приподнимаюсь, протискиваюсь сквозь сетку и проникаю в дом. Затем оглядываюсь, убеждаясь, что меня никто не увидел, и возвращаю сетку на место.
Я закрываю окно и запираю его на засов — не хочу, чтобы соседи услышали, что я собираюсь с ней сделать.
Луна лежит в постели, облаченная в легкую белую атласную ночную сорочку, и лишь простыня прикрывает ее изящное тело. Ее дыхание ровное и глубокое, и я понимаю, что она крепко спит. Я приближаюсь, останавливаюсь у края кровати и внимательно за ней наблюдаю.
Я обхватываю свою твердую, как камень, эрекцию, которая уже готова для моей девочки. Ее грудь поднимается и опускается с каждым вдохом, и, словно почувствовав мое присутствие, ее соски становятся твердыми под тоненькой тканью.