Глава 28
Так прошла неделя. Лана даже вошла в ритм новой жизни, но когда дверь скользнула в сторону и на пороге появился Макс с усталой, но счастливой улыбкой, сердце девушки подпрыгнуло.
— Ты вернулся, — выдохнула она.
— Конечно вернулся. Разве я мог иначе? -Ответил он, занося багаж.
Они обнялись, неловко, но искренне.
Шикарно выглядишь, отметил Макс рассматривая ее. Я соскучился, но мне снова нужно уйти на пол часа. Оборудование пришло отдельной доставкой, надо забрать, — бросил он, целуя её в висок.
В радостном возбуждении Лана направилась к холодильнику проверить не закончилась ли молочка. Но тут… что-то зашевелилось в его вещах и из приоткрытого чемодана сонно моргая, выбралась… кошка.
Угольно черная, зеленоглазая и чертовски грациозная, она встрепенулась, увидев Лану застыла на месте, как бы что-то прикидывая. Затем прошлась по номеру заглянув во все углы, а потом села прямо перед Ланой и нагло впярилась в нее взглядом явно оценивая.
«Циклос. Все кошки — потенциальные люди.» — вдруг всплыло в мозгу у девушки.
В тот же миг, словно услышав её мысли, кошка встала на задние лапы, вытянулась — и с лёгким щелчком превратилась в шикарную обнажённую брюнетку. Гладкая кожа, идеальные формы, густые волосы, раскосые глаза. Она была потрясающе хороша.
— Так вот какой секрет у Макса — промурлыкала та, обводя Лану ленивым взглядом. — И кто же ты у нас такая?
— Я… э… Лана. Просто… знакомая Макса, — пробормотала она.
— Знакомая, значит? — усмехнулась незваная гостья. — А я вот его старая подруга. Мы так весело провели эту неделю. Буквально не вылазили из постели после стольких лет разлуки. А потом он как-то вдруг резко засобирался — и ни слова объяснений. Хотел уйти один. Ну, не вышло. Я забралась в его багаж — и вот я здесь. Сюрприз!
Она сделала шаг ближе.
— Ты ведь не отсюда… — прошипела она. — Интересно, что скажут власти, если найдут у Макса незарегистрированную иномирянку? Или, скажем, твой труп под окном? Никто и разбираться не станет. Просто тело без документов. Утилизируют и всё.
— Ты… сумасшедшая? — выдохнула Лана, пятясь к стене.
— Нет, я просто очень не хочу снова его терять. И тебя здесь быть не должно.
Её тело изогнулось. В мгновение она вновь превратилась в кошку — но теперь это была разъярённая, шипящая, бешеная тварь, целиком поддавшаяся звериному инстинкту. С пронзительным визгом она кинулась на Лану.
Лана заслонилась руками — острые когти полоснули по коже. Кошка целилась в горло. Несмотря на размеры она была сильна и проворна. Лана уже прощалась с жизнью, ощущая жгучую боль… но в этот момент клык хищницы задел цепочку на её шее.
Раздался сухой хлопок. Цепочка вспыхнула ярким светом, как миниатюрное солнце, и ударила в кошку взрывом чистой энергии.
Кошачья шерсть загорелась. Та завыла, запрыгала по комнате, сбивая все на своем пути, мечась от стены к стене и вопя как резаная.
Лана же прибывала в ступоре, тяжело дыша, рассматривая кровоточащие царапины, всё ещё не веря, что выжила.
Тем временем дверь номера бесшумно отъехала в сторону, и в проёме появился Макс с большой коробкой в руках. Он вошёл, не глядя, по привычке улыбаясь:
— Лан, ты не поверишь, какой калибр у этой штуковины…
Он замер.
Комната была разгромлена: кресла опрокинуты, стол перекошен, посуда вдребезги. Воздух пропитан запахом палёной шерсти и крови.
В углу, прижавшись к стене, сидела Лана. Её дыхание было прерывистым, лицо бледное, а руки — все в свежих кровавых царапинах. Глаза огромные, полные ужаса.
Посреди комнаты металась обожжённая кошка — взъерошенная, воющая, с выдранными клочьями шерсти. Заметив Макса, она пыталась выбраться на балкон, но снова и снова натыкалась на закрытую дверь, оставляя за собой чёрные пятна копоти.
— Она… она меня чуть не убила, — выдавила Лана. — Превратилась прямо у меня на глазах… Она знала, кто я… и хотела, чтобы я… исчезла.
Макс молча поставил коробку на пол. Медленно подошёл к воющей кошке. Та, издала тонкое, умоляющее мяуканье, но он не остановился. Сухо, без колебаний схватил её за шкирку — и она обвисла серая, измождённая, сгорбленная, голая и жалкая.
— Какая же ты дура Кныш. С этими словами он открыл дверь и вышвырнул ее из номера.
Дверь захлопнулась с глухим щелчком. Макс обернулся.
Несколько мгновений он просто стоял, смотря на Лану. Затем сделал шаг вперёд, опустился перед ней на колени и осторожно коснулся её плеча. Лан, дай я тебя осмотрю… Пойдем промоем раны…
- Надеюсь у нее не бешенство? Грустно пошутила Лана
— Нет, ответил он серьезно, но раны обработать необходимо.
Твой амулет меня спас… Лана открыла ладошку с остатками цепочки, которые инстинктивно сжимала в кулаке.
Это хорошо Лан, просто здорово, говорил он с ней как с ребенком обрабатывая раны средством из аптечки. Жжет? Это очень хорошее лекарство, уже завтра все заживет… А цепочку. Я тебе куплю завтра же. Какую захочешь..
Лана не ответила. Но она положила голову ему на плечо и долго-долго молчала.
Потом вдруг встрепенулась, — Макс она нас выдаст властям!
- За это можешь не беспокоится, Лана. Она итак не часто бывает в человеческом обличье, а теперь и подавно. Пока восстановится мы уже будем далеко.
Поздней ночью, когда комната уже утонула в мягком свете ночника, Лана всё ещё не спала. Макс дремал рядом. Её ладони всё ещё ныли от свежих царапин, но боль была не столько физическая.
Она повернулась на бок, прижавшись лбом к его плечу.
— Макс… — тихо сказала она.
— Ммм? — отозвался он спросонья.
— Та кошка… твоя бывшая. Она ведь не врала? Ты был с ней, пока меня не было?
Он помолчал. Напрягся. Потом выдохнул и перевернулся на спину, уставившись в потолок.
— Я не хотел говорить… Думал, не имеет смысла.
— Но имеет, — прошептала Лана. — Для меня имеет.
Макс ещё немного молчал. Потом произнёс глухо:
— Да. Был. Мы были вместе когда-то. И когда я оказался дома… Всё навалилось. Старые друзья, запахи, улицы, лица… Она. Было ощущение, что будто и не было этих десяти лет. Всё смешалось. Я… сорвался.
Лана сжала губы.
— Ты знал, что я жду тебя здесь. Одна, в чужом мире.
— Знал, — сказал он тихо. — Но в нашем мире это не считается изменой. Ты знаешь, как у нас с этим…
— Может быть. Но я — не из вашего мира, — сказала Лана сдержанно. — И у нас это — предательство.
Макс хотел что-то сказать, но промолчал. Она отвернулась, вглядываясь в темноту.
— Всё равно спасибо, что вернулся, — добавила она спустя паузу. — Но, наверное… это уже не будет как прежде.
Он не ответил. Только легонько коснулся её плеча. Но она не откликнулась.
И с этого момента между ними поселилось нечто невидимое. Призрачная тень, чужая, тонкая, но ощутимая. Между взглядами. Между прикосновениями. Между словами, которые они больше не произносили.