Глава 29
Прошло пару дней. Раны на Ланиных руках почти затянулись, оставив лишь тонкие, розоватые полоски. Физически ей было лучше, но между ней и Максом по-прежнему зияла невидимая пропасть.
Он чувствовал это. Пытался сгладить острые углы — дарил подарки, за баснословные деньги купил ей новую цепочку, как и обещал. Но расстояние между ними только росло. Они больше не прикасались друг к другу, не занимались любовью. Когда Макс пытался обнять — Лана отстранялась. И всё это происходило в пугающей, мучительной тишине.
Лучше бы она кричала… шипела… царапалась, — подумал Макс. А не вот так — молчала. Но самое тяжёлое было даже не это. Он знал, что Лана злилась не на то, что его бывшая подруга напала на неё. Нет — её ранила сама измена.
Измена, которая в его мире не считалась чем-то значительным.
Возможно, только теперь оба по-настоящему осознали: они не просто из разных миров — они разные. Слишком разные.
— Здесь нам больше нечего делать, — сказал он на третье утро, пододвигая к ней чашку с ароматным, кофейным напитком. — Пора двигаться дальше.
Лана подняла на него взгляд. В её глазах тревога смешалась с облегчением.
— Мы возвращаемся в путешествие?
— Да. — Он кивнул. — Хочу тебе кое-что показать.
Он поднялся, подошёл к большому кейсу и активировал сенсор на крышке. Контейнер мягко раскрылся, обнажив аккуратно разложенное оборудование.
— Это зонд, — сказал Макс, поднимая металлический цилиндр с антеннами и сенсорами. — Новейшая модель. Сканирует мир за разломом и шлёт данные в реальном времени. Если мир безопасен, у нас будет минут десять, чтобы двигаться дальше.
Он открыл вторую створку. Под ней лежали два костюма — напоминали скафандры, но были более лёгкими, с обтекаемыми формами, зеркальными шлемами и встроенной системой жизнеобеспечения.
— На случай, если атмосфера там… так себе. Или кислотный дождь, скажем. — Он усмехнулся. — Один раз такое уже было. Не хочу повторения.
Лана молча кивнула, разглядывая снаряжение. Это выглядело серьёзно. Настоящее, профессиональное оборудование. И Макс явно знал, как с ним обращаться.
В этот момент она увидела в нём не только беглеца или мужчину, с которым делила постель. Он был профессионал. Исследователь. Опытный, умный… смелый.
— Теперь — координаты, — произнёс он, включая планшет. На экране вспыхнула карта, усеянная метками.
— Чтобы вернуть тебя домой, нам нужен нестабильный разлом. Ближайший — вот здесь. — Он ткнул пальцем в красную точку. — Всего полчаса на аэромобиле.
— А чем он отличается от стабильного? — спросила Лана.
Макс задумался на секунду, потом ответил:
— Представь себе параллельные миры как длинные узкие полосы, нарисованные рядом, — это стабильные разломы. Они как двери в одну сторону.
А теперь представь, что рука художника дрогнула и, полосы смешались, образуя завихрение. Вот это — нестабильный разлом. У него выход сразу в несколько миров. Тот в который мы направляемся точно имеет выход на землю, однако войти и выйти сразу на земле не получится, придется перебирать миры пока не попадем в нужную точку.
Он на секунду замолчал, а потом, глядя Лане в глаза, заговорил тише:
— Лана… это может плохо закончиться. Шанс застрять или погибнуть — не иллюзия. Многие миры враждебны или просто несовместимы с жизнью. Костюмы хороши, но кислорода там на несколько часов, не больше.
Поэтому… Это твой последний шанс отказаться. Да тебе сотрут память, но вернут домой, и ты будешь жива. Это не худшее, что может быть.
Лана сжала губы.
— Но если я откажусь… ты ведь снова потеряешь свободу?
— Да. Отправлюсь обратно на маяк. Привычное дело, — он усмехнулся, но глаза оставались серьёзными.
— Я не привыкла отступать, особенно после всего что мы пережили, — тихо сказала она.
Макс кивнул, будто внутренне готовился к этому ответу. Он убрал оборудование обратно в кейс, перекинул его в багажник — и вскоре они уже стояли на крыше отеля. Среди платформ их поджидал серо-синий аэромобиль — обтекаемый, с прозрачной кабиной и мягким светом вдоль корпуса. Кабина закрылась, и аппарат плавно поднялся в небо. Под ними остались стеклянные башни, растворяющиеся в тумане.
— Ты скучал по этому, да? — спросила Лана, нарушая молчание.
— По полётам?
— По жизни. Настоящей. Исследованиям. Риску.
Макс повернулся к ней, задержал взгляд и просто сказал:
— Да. Ещё как.
Они летели молча. Каждый думал о своём.