глава 4
Проснулась Лана в просторной круглой комнате, напоминающей номер в дорогом отеле. Она лежала на мягком, комфортном диване, вокруг уютная обстановка, кресла, журнальный столик, на полу мягкий ковер на окнах цветы. За окнами — день.
— Чем-то опоил меня вчера гад, в панике подумала девушка, прислушиваясь к ощущениям и тщательно осматривая тело. Все было в порядке –жива, цела.
Вчерашний разговор казался сном или бредом.
Она вдруг вспомнила про телефон. Достала, разблокировала — сети не было.
Ну ладно, я жива — и это уже хорошо. Значит, Макс не маньяк, и убивать меня пока не собирается –думала она — Надо его найти. Заставлю сломать эту стену. Или сама снесу.
Лана спустилась на кухню. Задержалась. Вспомнила, как он выпил молоко у неё дома — и, не испытывая угрызений совести, заглянула в холодильник.
Макс явно не бедствовал. Холодильник в два раза больше её, ломился от деликатесов. Балык, сыр, свежая булочка — получился отличный сэндвич. Потом она сварила кофе и села завтракать.
Кем бы он ни был, но устроился шикарно. И к чему тогда этот идиотский ящик в кустах? Зачем спектакль с выпивкой и цветами?
Лана нахмурилась. А с чего вообще я решила, что он бомж?
Да вот — ящик, кусты, выпивка… Она даже не обратила внимания, в чём он был одет. Вроде футболка и шорты… А ещё эти цветочки с клумбы. Ну кто так делает?
— Ладно, выясню и это, — пробормотала Лана, допивая кофе. — Пора на разведку.
Маяк оказался шестиэтажным. Все двери — закрыты. Лана постучалась в каждую — тишина.
— Тем лучше. Если он дрыхнет — пойду и разберусь со стеной.
Резво спустившись, она схватила на кухне топорик для колки льда и направилась к гроту.
Там ничего не изменилось. Сотовая сеть по-прежнему отсутствовала, но фонарик работал. Лана включила его и внимательно осмотрела стену — гладкую, ровную, без трещин и зазоров.
— Значит, она отодвигается. Наверняка есть потайной механизм, — пробормотала Лана и принялась ощупывать всё подряд.
Ничего.
Тогда она стала бить по стене топориком — но бетон даже не поцарапался. Пробовала надавливать, проходиться по швам, пинать ногами.
Бесполезно.
Выдохшись, она сползла по стене на пол… и заплакала.
И тут почувствовала лёгкий толчок в спину. Обернулась — Макс.
— Вот чёрт… Можно было ожидать, — пробормотал он, не то сердито, не то устало.
— Как ты прошёл сквозь стену?! — выдохнула Лана.
— Просто, — усмехнулся он. — Всё ещё борешься, Фома неверующая?
— Да что здесь вообще происходит?! Это что, фокус?! — она почти кричала.
— Для тебя — возможно. Но пора уже закрыть эту тему. — Голос его стал жёстким. — Нравится тебе или нет, ты здесь в ловушке, и ты не можешь пройти сквозь стену. Заметь, я тебя сюда не звал. Это был твой выбор.
— А ты можешь?! — взорвалась Лана.
— А я — могу, — спокойно подтвердил Макс. Он подошёл к стене... и исчез.
Лана бросилась следом. Стена осталась твердой, холодной, гладкой.
— Да как такое вообще возможно… — прошептала она и лишилась чувств.
глава 5
Очнулась Лана уже на маяке, в все той же комнате, на диване от весьма неприятных ощущений — её лицо и волосы были мокрыми. Причиной этого безобразия был Макс, обеспокоенно орудовавший над ней распылителем воды.
— Боже, как же с тобой трудно… — вздохнул увидев, что она открыла глаза и сел рядом.
— Я могу проходить сквозь стену, потому что я — хранитель разлома. Могу перемещаться туда и обратно.
— Так… а как я сюда попала? — глупо спросила Лана.
— По недосмотру, — недовольно признался Макс. — Вообще-то, я как раз здесь затем и поставлен — чтобы такие как ты не проваливались в разломы.
— Я просто за котом пошла… — пролепетала Лана. — А, кстати, где он?
— Где-где… перед тобой, — буркнул Макс. Лана озадаченно огляделась, но кота так и не увидела.
— Ничего не понимаю…
В ответ Макс повернулся спиной и начал раздеваться.
— Эй! Ты что делаешь? — всполошилась Лана.
— Не бойся, — отмахнулся он.
Оставшись в чем мать родила, он вдруг начал вибрировать, потемнел, посерел — превратился в кота! Лана вскрикнула и увы, сознание опять поплыло.
— Да, согласен, получилось не слишком эстетично, — вздохнул уже одетый Макс, снова приводя Лану в чувство. Распылитель работал исправно: вокруг все уже было мокрое.
— Всё, хватит, — сказала она хмуро, пересаживаясь в сухое кресло — Доказательств достаточно.
— Ну наконец-то, — выдохнул Макс. — Вы, люди, невероятно упрямы. Консервативны, тверды. Вся правда перед глазами — пусть и искаженная, но все же... Вы же верите только в то, что можно пощупать.
— Что теперь со мной будет? — севшим голосом спросила Лана.
— Ты будешь жить здесь. Маяк теперь — твой дом.
— А мои родители? Они с ума сойдут от горя. А квартира? Работа? Моя жизнь? Неужели выхода нет?
Макс молчал.
Лана вышла на улицу и долго стояла у ограды. Внизу, у подножия маяка, равнодушно плескалось море. Она плакала.
Вечером похолодало. Она всё еще сидела, сгорбленная, несчастная. Макс подошёл и накинул ей плед на плечи.
— Пойдём в дом? — мягко предложил он. — Я был в городе, купил тебе кое какую одежду. Сумка на кухне. И ужин приготовил… Правда, я не великий повар, но старался.
— Я не голодна, — отозвалась Лана.
Она поднялась в свою комнату и легла на диван. Мысли крутились вокруг семьи. Хоть жили отдельно, они были очень близки, часто созванивались. Наверняка её уже хватились. Лана представила, как родители обзванивают больницы и морги, как волонтёры прочёсывают подвалы, леса, чердаки…
У отца слабое сердце. А вдруг он уже в больнице? Или… хуже?
А она здесь. Совсем рядом — и не может ничего сделать.
И тут её осенило.
— Макс! — Она влетела в его комнату, без стука. — Ты же можешь передать моим родителям весточку!
— Могу, — кивнул Макс. — Что им сказать?
Лана задумалась.
— Может… что я срочно уехала — путёвка в Турцию или Таиланд. Не теряйте, всё хорошо. Что-то такое…
— Отправлю. Только что дальше? Ты останешься в «Турции» навсегда?
— Потом придумаю. Главное — не допустить паники. Нужно их подготовить…
Голос дрогнул. Макс кивнул:
—Хорошо, наговори голосовое на телефон, я перейду на ту сторону, и оно уйдет.