Время спустя, наконец-то удалось хоть кого-то встретить. На берегу сидел и рыбачил молодой человек. Вид у него был не очень общительный, но пару вопросов, наверное, задать ему было можно. Никита спросил, далеко ли отсюда до Осинок?
- Вон, по той тропинке пойдешь - не заблудишься, - коротко ответил молодой человек и, снова повернувшись к реке, достал из воды удочку. - А ты к кому там?
- Там мой прадед живет. Корней Климович, - ответил Никита. - Вы знаете его?
- Так ты... Это ты, что ли, суворовец? - пристально поглядел на гостя рыбак, откладывая удочку в сторону.
- А Вы... ты... Гешка, Чигуров? - присмотревшись, удивленно признал старого знакомого Никита. - Ну, то есть, Гена...
- Вообще-то, Гера. - поправил его тот. - Меня Георгием по полной.
Потом он как-то тяжело выдохнул и мрачно сказал:
- А с прадедом ты опоздал. Два года уже как нет его.
- Этого я и боялся услышать, - упавшим голосом признался Никита, бросая на землю рюкзак и медленно садясь на перевернутую лодку. - Он хоть недолго болел?
- Да он крепче тебя был! А помер не от болезни. В наших краях браконьеры повадились. Много зверей побили. На людей нападали даже, грабили, угрожали. Говорят, уголовники это беглые. Здешние их боялись, и дать им отпор не решались. Всё обещали военных прислать. Но дед твой Корней дожидаться не стал, пока бандиты новых бед не натворили. Решил встретиться с ними и поговорить как с людьми. И вроде, пошел разговор. А один вдруг взял, да пальнул сдуру. Видать, нервишки сдали... Потом их поймали, и они во всём повинились. Только деда Корнея не вернуть уже...
Гера подсел рядом на лодку.
- А ты как, проездом, или побудешь?
- ...Надеюсь, что побуду, - не сразу ответил Никита, всё еще приходя в себя от услышанного. - А... бабушка Арина, дедушка... Они... живы?
- Живы, - кивнул Гера. - Из стариков только деда Ромашку еще схоронили. Но он сам ушёл. Пришел на свою поляну, прилёг вздремнуть среди ромашек своих, да так и не проснулся больше. У нас говорят, что они к себе его забрали.
- А как ты? - решил спросить Никита.
- А чего я? У меня всё порядок. Женился, сына воспитываю.
- А... отец?
- Подался в промысловый флот. Вахтой на севере ходит. Пить бросил. Письма писать не любит, но пару раз приезжал. Подарки всё внуку привозил. А мне морской бинокль и спининг привёз.
И явно не желая задерживать на себе внимание, он спросил:
- Ты-то сам как?
- Да вот... на журналиста выучился. А вообще, рассказы писать хотел...
- Про Суворова, что ли, будешь писать?
- Буду и про него, как я его представляю. И про других, настоящих, хочу рассказать. Чтобы люди больше правды узнали о прошлом.
- Про деда Корнея напиши. Он стоит того!
- Напишу. Обязательно!
Гера встал и, отряхнув руки, еще раз оглядел Никиту:
- Ну... ладно, ты иди, давай. Со своими пообщайся. Увидимся еще.
Никита поднял рюкзак и, пожав Чигурову руку, направился в лес по тропинке.
- Эй суворовец! - чуть погодя крикнул Гера. - Ты это... Спасибо.
- За что? - удивился Никита.
- ...За то... - ответил Чигуров, глянув исподлобья. Он выражал благодарность, как умел...
43. РОДНЫЕ РУКИ
Вот и знакомый дом. Дверь отворила бабушка Арина. Она сильно постарела. Но в глазах ее горел всё тот же добрый свет, согревающий своим необъятным теплом. Увидев внука, она расплакалась и, крепко обняв, долго не хотела его отпускать. А потом всё старалась чем-то угостить его, сделать что-то приятное. Никите тоже очень захотелось что-то хорошее сделать для бабушки.
Встретился он наконец, и с дедушкой Данилой. С ним он тоже очень быстро подружился. Так они просидели весь день за разговорами, рассказывая о себе, о жизни, и вспоминая о прошлом. А ближе к вечеру Никита все же решился отправиться к той, чьи серые глаза так тревожили его душу. Положил аккуратно в сумку подарки и гостинцы. Конечно же, те самые, давно обещанные апельсины. А в боковой кармашек бережно уложил маленькую куклу Ёну. Он теперь всегда брал ее с собой. Что ж, ...лишь бы только она была дома...
44. ЧТО ДОРОЖЕ ВСЕГО
Наконец, Никита подошел к заветному крыльцу. Собрался было постучать, но накатившее внезапно сильное волнение сковало всё тело, а сердце отчаянно забилось. С трудом справившись со смятением чувств, он всё же постучал в дверь. На пороге появилась высокая, стройная девушка. Недоверчиво глянув на гостя, она строго спросила:
- Вам кого?
- Мне... А Алёна дома? - неожиданно смутившись, ответил Никита.
- А зачем она Вам? - так же недружелюбно спросила она.