Степной рынок был виден издалека. Яркие шатры и навесы, дым от костров и пыль от прибывающих караванов. Чуть дальше были видны несколько шатров из шкур животных - местное поселение. Здесь жил хан Отур, именно он и следит за этим постоянно живущим, шумным и ярким рынком.
Столько звуков, что голова идет кругом: галдеж покупателей и призывы продавцов, свист плети и музыка, под которую двигаются танцовщицы. А запахи... слюни текли, даже не разбирая источника ароматов.
Услышав, как бурчит у меня в животе, Амин как-то по-доброму улыбнулся и сказал, что скоро мы сможем пообедать, выбрав все самое вкусное, что есть на этом базаре.
Душа пела. Я смогла, я сделала это, я добралась сюда. И никакой погони, никаких опасностей. Замысел Веруты на половину выполнен. Осталось только добраться до княжества.
Найдя место для стоянки, и устроив верблюдов с удобствами, Джазим велел половине наемников идти отдыхать. Сам же быстрым шагом направился к отошедшим подальше пятерым наемникам, присоединившихся к каравану неделю назад.
- Пойдем. У Джазима с ними все же свои дела, нас не касающиеся. Я так ничего и не выяснил за все время, что новенькие с нами. Скорее всего, как я и думал, Джазим набрал слишком ценного товара, вот и нанял дополнительную охрану.
Пожав плечами, двинулась следом за Амином. Действительно, эта пятерка ничем не выделилась в пути и не отличалась от остальных наемников, так что даже иногда забывала, что нужно быть осторожнее.
Пробираясь вслед за Амином через бессчетное количество шатров, навесов и палаток, крепко держала его за руку, чтобы не потеряться. Народу было очень много: танцующие мужчины и женщины в ярких, пестрых одеждах, со странными музыкальными инструментами в руках; бедуины-кочевники - мрачные и уставшие; рабыни-танцовщицы в полупрозрачных шароварах и их владельцы; торговцы и наемники. Последних было особенно много.
В одном из шатров, куда завел меня наемник, готовили, судя по запаху, что-то невообразимо вкусное. Здесь и решили пообедать. Как только мы уселись на подушки, и вымыли руки в специальной чаше, нам подали пиалы с какими-то желтоватыми зернышками и сочными кусками мяса. Такого я раньше не ела, но пахло просто невероятно, так что я рискнула и не пожалела.
Из шатра, в котором мы сидели, открывался вид на противоположный торговый ряд. Там, на небольшой помост, расположенный немного в углублении, выводили девушек на всеобщее обозрение. Любой проходивший мимо мог выбрать себе рабыню. Иногда, самым везучим, удавалось купить здесь наложницу, но такое происходило редко, как поведал мне Амин, пока мы обедали.
К слову, девушки выглядели вполне неплохо - не избиты и не запуганы, как частенько бывает даже в городах. Они одеты, пусть и не слишком богато, но достаточно опрятно, чтобы им могло посчастливиться попасть в хорошие руки. Кто-то не очень богатый вполне мог купить здесь хоть и не жену, но наложницу точно, если не будет чересчур придирчив.
- Амин, а ты не хочешь приобрести наложницу для своего гарема? Кажется, выбор здесь намного больше, чем в Усхаане, - спросила я наемника.
Он посмотрел на меня округлившимися глазами. Мне стало стыдно за свой вопрос. За последнее время я так привыкла к мужскому обществу, что перестала, задумываться о том, что некоторые темы разговора не для женщин.
- Я не настолько богат, чтобы содержать гарем, - почему-то все-таки ответил мне Амин.
- О, прости. Конечно, я просто не подумала, - замялась я, испытывая неловкость.
Я же знаю, что он наемник. А наемники обычно не слишком богаты.
- Я имел в виду, что не хочу содержать гарем, но у меня достаточно денег, чтобы достойно обеспечить жену всем необходимым, - сказал мужчина, странно глядя на меня. - А так же обеспечить ей безопасность, - добавил он, не отрывая от меня взгляд своих карих глаз, и слегка наклонив голову набок.
- О, это замечательно. Значит, ты в скором времени сможешь жениться. Желаю тебе найти ту, что согреет твою душу, ту, с кем будешь счастлив, - пожелала я ему от чистого сердца.
- Вообще-то я хотел...
Амин не закончил фразу, потому что с улицы раздавались громкие голоса, и мы выглянули из шатра, чтобы узнать, в чем там дело.
- Пропала младшая дочь шейха Ферхана из города Усхаан - принцесса Даррийя. Всем кто что-то знает, надлежит незамедлительно явиться к хану Отуру. За укрывательство принцессы или информации о местонахождении - смертная казнь, - вещал гонец моего папочки, прохаживаясь по рядам базара.
-Дани, зайди внутрь, - сказал Амин, затаскивая меня обратно в шатер. - Не расстраивайся, пока ничего непоправимого не случилось, - пытался он меня успокоить, заметив, как я задрожала. - Сейчас он перейдет в следующий ряд, а мы спокойно выйдем и пойдем в другую сторону. Я сказал спокойно. Ты слышишь меня?
Я не слушала. Меня трясло так, что звон стоял в ушах. Никак не могла поверить, что меня почти нашли. Три недели спокойствия и я уже поверила, что меня и не ищут вовсе. Одно неверное движение и меня схватят. О том, что будет дальше, думать не хотелось вовсе. Шейх Ферхан временами был не предсказуем: мог жестоко наказать и даже убить за незначительную провинность, но в хорошем настроении мог и пощадить того, кто действительно заслуживает смерти. Что станет со мной, если меня вернут в Усхаан, страшно представить.
- Да, хитро он все устроил, - услышала я слова наемника.
- В смысле? - не поняла я.
- Услышав публичное объявление о пропаже принцессы, ни один мужчина не рискнет взять ее в жены. При этом найдется немало желающих помочь вернуть отцу непутевую дочь, так как вознаграждение наверняка будет не малым. А вот когда она вернется, он просто отдаст ее первому попавшемуся и, скорее всего это будет кто-то из самых... нежелательных мужчин, - объяснил мне наемник.
- Отдаст? Это как? В жены?
- Нет, Дани. Не в жены. Никто не захочет жену, которая была неизвестно где и с кем. И неизвестно чем занималась, - с сожалением в голосе сообщил мужчина.
Я совсем сникла. Ну, почему он не может просто отстать от меня? Просто сделать вид, что не нашел? Сделать вид, что я умерла и забыть обо мне? Но я знаю ответ на этот вопрос. Ни один мужчина пустыни не откажется просто так от своей собственности. А я именно собственность. Как любая женщина в его гареме, как все дочери от жен и наложниц. Собственность, которой должен распоряжаться только он и никто другой.
Но я не согласна с таким положением. Я не хочу быть собственностью. Собравшись с духом и взяв себя в руки, твердо посмотрела на Амина.
- Пойдем искать караван, что пойдет на север. Не будем терять время. Еще нужно найти одежду и собрать еды в дорогу, - сказала я.
Наемник мягко улыбнулся, глядя на меня. И что-то было в его взгляде такое, что заставило меня по-девичьи покраснеть. Он смотрел так, как будто ему очень понравилось то, что он услышал. Или увидел.
- Вот и правильно. Не время раскисать. Пойдем, Дани, - ответил он, уверенно беря меня за руку, чтобы вывести из шатра.
Голос человека кричавшего на весь базар о пропаже принцессы раздавался теперь где-то позади нас. Амин уверенно вел меня по торговым рядам, переходя из одного в другой. Неожиданно я столкнулась с каким-то мужчиной и моя ладонь выпала из цепкого захвата наемника. Неловко повернувшись чтобы найти Амина, не заметила раба, везущего повозку с товаром, и только в последний момент смогла отскочить с его пути, чтобы тут же наскочить на какого-то торговца. Голова закружилась, и я потеряла направление, в котором мы двигались, как и самого Амина. Растерянно стала отходить к лоткам с товаром, чтобы не стоять на проходе, как вдруг почувствовала руку на своем лице. Я пыталась скинуть ее, но ничего не получалось, не хватало силы. Ногтями сдирала кожу с руки того, кто меня держал, тогда схватив меня за руки и удерживая, чтобы не царапалась, потащили куда-то. Я пыталась рассмотреть направление, но поддавшись панике, плохо различала, что происходит рядом со мной. Через несколько мгновений меня как куклу запеленали в темную ткань. Перекинув через плечо, куда-то понесли. В этом коконе практически нечем было дышать, спину и голову очень сильно пекло, значит, мы вышли из-под навесов рынка. "Лишь бы не задохнуться", - думала я, понимая, что воздуха мне почти не хватает. Еще несколько вдохов, головокружение и темнота.