Я быстро взяла себя в руки, сообразив, что произошло. И чем чревато столкновение с обнажённым мужчиной, когда единственным разделителем выступает мягкая, удобная во всех отношениях кровать.
Меня не просто заподозрили в нарушении правил, а уже заочно осудили и вынесли вердикт— виновна. Чувствую, сражение предстоит нешуточное.
— Братик,— поспешила я напомнить о семейных ценностях, пока возбуждённый и предвкушающий сражение мужчина не переключился на пошлые мысли, с него станется.— Ялишь выглянула на улицу, но окно не открывала, как ты… просил.
Однако уловка оказалась тщетной. Рагнар смял магию в кулак, затем махнул рукой, высушивая своё тело и лужи на паркете, и направился ко мне.
Обнажённый.
Огромный.
Дикий.
В глазах бушевало пламя, но движения его были скупы и тщательно выверены. Словно хищник надвигался он на добычу.
Но я не трепетная лань, покорно ожидающая, когда её сожрут!
Выдохнула нервное напряжение. Ножкой топнула, заставляя мужчину остановиться и обдумать новую стратегию поведения.
— Немедленно вертитесь к себе, брат. Вы ведёте себя недостойно,— проговорила чётко, холодно, твёрдо.
Огромная рубашка Рагнара соскользнула с правого плеча, играя на стороне противника. Вот и бери у него вещи! Даже у них нет ни стыда, ни совести! Такой момент испорчен! Ведь почти всё получилось!
Однако не дрогнула. Выпрямилась ещё сильнее. Ещё сильнее приподняла подбородок.
Рагнар сделал шаг. Медленный. Плавный.
И вновь у меня возникла ассоциация с хищным зверем, который знает, что добыча никуда не денется, потому может позволить себе поиграть с жертвой.
Спасибо интернетику и многочисленным блогерам, на которых я подписана, я хотя бы приблизительно понимаю, что к чему и как с этим бороться.
Итак, сохраняем спокойствие.
— Брат, я прошу тебя вернуться к себе. Я собираюсь лечь спать.
Глаза Рагнара вспыхнули с новой силой. Кажется, не следовало произносить последнее слово, оно и в Эрмиде имеет двойное значение.
Он делает ещё шаг, и я чувствую, как по коже ползут ледяные змеи паники. Он хищный, страшный, огромный. У меня нет шанса спастись. Мне никто не поможет. У меня есть только я. Маленькая, хрупкая, ничего не знающая о местных мужчинах, но… не беспомощная и не глупая!
— Рагнар, ты дал слово меня защищать и оберегать,— произношу спокойно, хотя влажные виски холодит ночная прохлада, а тело напряжено, точно струна.— Сейчас ты меня пугаешь. Сильно пугаешь. Может, безопаснее открыть окно, чтобы ты сразился с тем, что могло причинить мне вред?
Качнула головой в сторону окна, и мужчина перевёл туда взгляд.
Несколько мгновений он стоял без движения, а я боялась даже дышать. Но не отступала. Не сжималась от испуга. Нельзя.
Голова работала словно компьютер, сводя полученные данные воедино: глубокие борозды от когтей на деревьях в лесу, хищные реакции мужчин, их звериное чутьё, запредельный слух, опасные постояльцы гостиницы…
Эрмид небезопасен. Настолько, что люди здесь куда ближе к природе, чем в моём цивилизованном мире с интернетом, круглосуточной доставкой еды и тысячами камер слежения.
И мне придётся перестроиться. Пробудить инстинкты, научиться слушать интуицию, вытащить пробки из ушей и снять шоры с глаз. Но для начала— избавиться от незваного гостя.
— Рагнар, пожалуйста, уходи. Я устала и хочу лечь спать. Ты обнажён и смущаешь меня,— попросила по–человечески.
Один удар сердца, смазанное движение— и он сжимает моё горло, заставляя приподняться на цыпочки.
Склоняется, обдавая кожу жаром своего дыхания.
Его губы почти касаются моих.
А я понимаю, что ни капли не боюсь.
Чувствую!
Знаю!
Он возбуждён, а не зол. Иначе уже набросился бы и повалил на кровать. И, лгать бесполезно, вряд ли я сильно расстроилась бы подобному исходу дела. Может, сама напала бы в ответ, совсем теряю голову от его близости.
— Лестно, что ты так меня хочешь,— проговорила ехидно.— Но позволю себе напомнить: я тебя не приглашала. Ты вторгся на мою территорию, брат.
— Ты пр–р–ринадлежишь мне,— рыкнул он хищно.
— Только в твоих фантазиях, дорогой,— растягивая гласные, ответила ему.— Кслову сказать, мне больно и неприятно. Это не возбуждает. Более того, расстраивает. Ты обещал быть моим защитником, а стал нападающим.
О, этот разочарованный тон! Я и не знала, что умею так говорить.
Яростное свечение его глаз исчезло. Пальцы на шее разжались, погладили кожу, словно извиняясь.
Я сделала шаг назад, и он не стал удерживать.
— Ты молодец,— неожиданно похвалил Рагнар.
Спорить с ним я, разумеется, не стала.