– Совсем? – уточняю шепотом вместо того, чтобы немедленно валить. – А как же отработки?
В глазах Марка – тьма и необъяснимая злость.
Или не она, но так похоже…
– Будешь приходить, только когда я тебя позову.
Глава 7. Марк
Марк
Едва за сводной сучкой закрывается дверь, я снова выдыхаю. Меня переполняет злость и, страшно подумать, похоть!
Черт! Черт! Черт!
Все нервы в клочья.
Я был уверен, что она проигнорит мое сообщение. Ведь несмотря на внешний вид скромницы и милашки, в глазах мелькает вызов. Ее так просто не сломить и не поймать, будет кусаться, даже если зубы сточит. И эта выходка с кофе…
Вот засранка!
Я, если честно, не слишком люблю кофе. А мой извращенный мозг подкидывает другие варианты отработок.
Одеваюсь и чувствую себя полным идиотом. Сам же собирался игнорить эту приживалку, выкатил список правил и ограничений, но неожиданно…
Да, неожиданно.
Что-то перемкнуло в моей голове, а гормоны взбесились.
Почувствовал изгибы и тепло ее тела, вдохнул сладкий девчачий запах и вскочил, как пускающий слюни кобель. Наши тела соприкоснулись. Внезапно так остро захотелось секса, что я еле поборол порыв швырнуть девчонку на кровать.
Это просто физиология. Я ей не поддамся.
А она красивая, эта Поля. Есть в ней что-то притягательное, эта запретность, недоступность только интерес разогревает. Видно, что не глупая. Не из тех, кто перед парнями пресмыкается. И ведь поиграть со мной хочет, но даже сама себе в этом никогда не признается.
И хочется, и колется, похоже, обоим. Такова человеческая природа, нас тянет все запретное, темное, грязное. Не даром на порносайтах “сводные” – один из самых распространенных сюжетов.
Беру со стола гадский телефон… Надо купить себе новый, а этот подарить Сереге.А то его динозавром только орехи колоть.
Вспоминаю об отце и снова думаю о том, что иногда совсем его не понимаю. Он может подарить любовнице путешествие или машину, но злится из-за сломанного или потерянного телефона, разбитой тарелки или другой ерунды.
Да, еще отец много раз ругал меня, если замечал, что я выкинул остатки ужина или испорченные продукты. Он вырос в многодетной семье, мои бабушка с дедушкой едва сводили концы с концами. Наверное, это наложило отпечаток на его характер.
Но я-то не проходил через испытание нищетой. Поэтому он правильно делает, что считает меня зажравшимся говнюком.
Быстро собираюсь и сваливаю на тренировку. Стараюсь не думать о том, что эта Полина сейчас нежится в кровати. Мягкая, разомлевшая, в этой дурацкой пижаме. Или в душе моется, подставляя голое тело под упругие струи.
А картинка-то возбуждающая. Что если…
Поиграть с ней? О, что-то мне подсказывает, что это будет совсем не скучно.
Глава 8. Полина
Полина
Надеюсь, что про урок вождения все благополучно забудут. Но чем меня одновременно восхищает и раздражает отчим – если он что-то вбил себе в голову, его никакими силами не переубедить.
После утреннего кофе мне стыдно встречаться с Марком взглядами, у нас как будто появился общий секрет. Но бегать, спорить, доказывать Александру Борисовичу, почему я не хочу общаться с его сыном слишком утомительно.
Настал час икс, и я направляюсь практиковать с Марком мои водительские навыки. Мама подтвердила, что на мой день рождения мне купят машину, но я чувствую не радость, а неловкость, и думаю отказаться. Не хочу считать себя содержанкой и “прицепом”.
– Отец мне столько ценных указаний выдал, как будто я тренирую дочку президента, – саркастически выдает Марк и заводит черную иномарку. Знаю, что Александр Борисович подарил ему машину на прошлый день рождения, и сводный ей дорожит. – Сядешь? – скалится и кивает вниз, на свои колени.
Закатываю глаза, а потом выдыхаю:
– Как предсказуемо!
Молча мы выезжаем со двора и едем по дороге. Дом стоит в элитном поселке недалеко от города, а мы движемся в противоположную сторону. Сводный ведет одной рукой легко и уверенно, лоб нахмурен, на лице больше нет дурацкой ухмылочки. То и дело я скашиваю взгляд, чтобы посмотреть на него.
Один раз мы пересекаемся взглядами, и меня будто током пронзает.
А перед глазами…
Полуголый Марк в лучах утреннего солнца. Торс блестит от капель воды. Он ловит меня полотенцем и прижимает к себе. Мы оба взволнованно дышим…