Наш универ представляет собой несколько огромных корпусов, за ними расположены современные общежития для иногородних. Во дворе разбиты клумбы, зеленеют газоны, есть даже несколько небольших фонтанов. Словом, это место моей мечты.
Нас осталось человек десять, остальные разбежались по домам. Я, Анька, Алиса, еще пара девчонок и пятеро парней.
“Каждому по паре”, – мелькает мысль, и я гоню ее прочь.
Боже мой, о каких парочках я думаю? На первом месте учеба, потом все остальное.
Купив воды, кофе и слоек в ларьке на территории, мы плюхаемся прямо на траву. Неподалеку расположилась компания старшекурсников, по дорожкам спешат из корпуса в корпус студенты.
Мы фоткаемся, делаем селфи, бессовество ржем на всю округу. Ребята у меня в группе веселые. Надеюсь, все подружимся.
– Шишка, повернись, хочу с тобой сфоткаться, – просит Игорь, на что Анька дает ему шуточный подзатыльник, а я возмущенно кричу:
– Сам ты шишка, понял? Еще раз и в глаз!
И в этот момент… время как будто застывает. На дорожке неподалеку от нас остановились трое парней, они смотрят на нас, наивных первокурсников, с ухмылками.
И самое ужасное то, что среди них Марк Антонов! Пялится на меня так, будто застыл за чем-то стыдным, и я тушуюсь под его взором.
Он манит меня пальцем и произносит:
– Иди сюда.
Глава 12. Марк
Марк
– Эта девчонка в белой футболке – твоя новая сестра? – Стас ухмыляется, разглядывая компанию лошков-первокурсников.
– Соска что надо, – комментирует Влад, и в глазах загорается похотливый блеск.
Меня это почему-то злит. Ноздри раздуваются, пальцы сжимаются в кулаки, и я бросаю на друга свирепый взгляд. Пачкает своим языком образ моей сводной заучки, она ведь со мной живет, на моей территории. Значит, только я могу это делать.
Влад непонимающе поднимает брови и выставляет руки ладонями вперед.
– Э, братан, тебя чего переклинило? Последний раз, когда у тебя было такое лицо, ты Еремову нос сломал.
– Ничего, – выплевываю и снова прикипаю взглядом к Полине.
– Подруги тоже симпотные.
– Блонди сразу видно, что стерва, – переговариваются пацаны.
А она меня не замечает. Сидит, сложив ноги по-турецки. В одной руке бумажный стаканчик с кофе, в другой – слойка. Напротив распинается какой-то лох, а она улыбается, то и дело прикладываясь к ободку стакана губами.
У нее теперь началась студенческая жизнь. Насыщенная, полная соблазнов. Девчонка она сама по себе симпатичная, не исключено, что ей предложат встречаться. И будет бегать на свидания вместо учебы, думать ночами не о том. Гулять с парнями, обжиматься с каким-нибудь дебилом.
– Марк, может, ты сам на нее запал? – лыбится Стас.
– Херню не пори, – огрызаюсь, а у самого пальцы сжимаются в кулаки до хруста. – Она не в моем вкусе. Слишком скучная и правильная.
– Хорошие девочки любят плохих парней, – замечает Влад и косится на меня, поигрывая бровями.
Я не отрываю взгляда от Полины. Он темнеет, глаза сужаются, а парни замолкают в ожидании. Они знают, что когда у меня такое лицо, значит, я задумал что-то веселое и жестокое одновременно.
– Скоро она будет бегать за мной.
– Она же твоя сводная, – Стаса эта идея, кажется, не вставляет. Он хмурит брови и чешет патлатую башку.
Я сую руки в карманы и мечтаю прикурить.
– И что? Мы не родственники, в нас нет общей крови. Если через месяц Полина будет моей со всеми потрохами, я забираю твой мотоцикл.
Владон разевает рот и тянет “Оооо”, а его глаза зажигаются.
– Хорошая ставка!
А вот Стас бледнеет.
– Хочешь, поставлю свою тачку? – хмыкаю.
Победа будет моей. О проигрыше даже не думаю.
Стас думает несколько секунд. На лице написана борьба страха и жадности. Но вот мы пожимаем ладони.
– Идет.
– В чат пацанам напишем, чтобы все были в курсе, и потом никто не съехал.
Тут я слышу, как какой-то сопляк называет Полину шишкой, и это бесит. Фамилия у Полины – Шишкина. Смешно может быть только самым конченным. Есть знаменитый художник с такой фамилией, вообще-то.
Наконец-то она меня увидела. Глаза сводной сестренки распахнулись. Показалось даже, что в них мелькнул страх.
– Иди сюда, – тяну многообещающе, но она сидит, как кол проглотила.
Остальные первачки замолкли и вылупились на нас. Ждут, что же будет.
Не хочет идти? Ладно.
Заложив пальцы за пояс джинс, неторопливо иду сам. Подаю руку, и эта фифа, поджав губы, нехотя поднимается. Мою руку напрочь игнорирует.