Слежу как он обходит машину спереди и садится за руль.
Включает печку на полную мощность, проговорив недовольным тоном:
- Снимай обувь.
- Зачем?
- ЗАТЕМ, МИЛ! В этих твоих ботинках они у тебя прогреются только к завтрашнему дню!
Заводит двигатель нажатием кнопки и резко трогается с места.
В машине так хорошо. Я начинаю потихоньку оттаивать.
Тянусь к ботильонам и снимаю их, подняв ноги на сиденье.
Он, не отрываясь от дороги, тянется и касается руками кончиков моих ног, а меня ток прошибает от этого прикосновения. У него такие горячие руки! Затем слегка поднимает руку и касается икр, переходит к рукам и последним мимолетным движением касается щеки тыльной стороной ладони.
- Прекрати, уже все хорошо, - бубню я, повернувшись к двери. Меня смущают эти прикосновения.
- Будет хорошо, если ты не заболеешь! – все также зло проговаривает он, следя за дорогой.
Резко выруливает и молниеносно паркуется.
Даже боюсь задавать вопросы.
Снимает с себя ветровку, оставаясь в одной белоснежной рубашке, с закатанными до локтя рукавах, и укрывает мои ноги.
Я все также молчу, следя за ним.
Выходит из машины и уверенным шагом идет в кофейню.
Не проходит и пяти минут как выходит оттуда, держа в одной руке подстаканник с двумя напитками, а в другой пакет с выпечкой.
Садится, расположив свою добычу на приборную панель и уже более спокойно спрашивает:
- Тебе чай или кофе?
- А какой кофе? – не удержавшись задаю вопрос.
Он расслабляется, откидываясь на сиденье. Сжимает переносицу, закрыв глаза, затем открывает и уже с теплой улыбкой проговаривает:
- Ты не похожа на ту, что пьет американо или эспрессо. Я взял для тебя ла́тте. Но зеленый чай с жасмином более горячий…
Смотрит на меня вопросительно, ожидая ответа.
А я зависаю, глядя на него. На душе становится теплее от мысли, что он так заморочился. Я уже окончательно согрелась, поэтому улыбнувшись тихо произношу:
- Хочу ла́тте, - когда он передает мне мой кофе, не удержавшись спрашиваю, смущенно кусая губу, - а что у тебя там вкусненького?
До меня доходит, почему я такая голодная. Мы даже не пообедали сегодня. А на часах уже три.
Хрипло смеется, бросив на меня веселый взгляд.
Передает пакет со словами:
- Что найдешь, все твое, - затем включает двигатель и выруливает на оживленную дорогу. – Может заедем куда-нибудь пообедать?
Неопределенно пожимаю плечами.
В пакете я нахожу пару овсяных печений, откусив один из них понимаю, что он с нутеллой.
Ммм, божественно!
На данный момент это самое вкусное печенье, которое я ела в жизни.
Один оставляю Максу.
В небольшом контейнере обнаруживаю макаруны. Одного мне вполне достаточно.
И на дне, как вишенка на торте, два больших синнабона.
Гуляем!
Даже не хочу думать сколько сахара во всем этом. Я просто счастливо поедаю эти вкусняшки.
Вспомнив о его предложении пообедать, отрицательно качаю головой, откидываясь на сиденье.
- Не хочу обедать, я наелась уже. Оставила тебе всего по чуть-чуть.
Бросает на меня мимолетный взгляд, затем снова возвращает его на дорогу.
- Тогда домой. На сегодня хватит.
Мне так тепло, хорошо. Я поела, теперь меня клонит в сон. Закрываю глаза, свернувшись калачиком, и засыпаю.
Глава 12
Мила
Просыпаюсь от звука клаксона, на который Макс усиленно жмет со словами:
- Мудила! Свободные места закончились чтоль?!
Осматриваюсь и замечаю, что проезд к дому загородила машина. Она стоит прямо перед воротами.
Максим продолжает психовать, не прекращая сигналить и материться. Водитель заводит машину и сдает назад.
А я понимаю, что и водитель, и машина мне хорошо знакомы. И не просто так он встал, за неимением свободного места.
Опускаю ноги, собирая в руках ветровку Макса, чтобы передать ему. Когда он начинает движение, нажав на пульт открывания ворот, говорю, не поворачиваясь:
- Останови около этой машины, я выйду.
Он резко останавливается, нажав на тормоз и не доехав до той машины. Смотрит на меня в недоумении.
- На кой черт? Ты что его знаешь?
Я вздыхаю и, не поворачивая голову в его сторону, одеваю свою обувь, бросив лаконично:
- Да.
Он внимательно за мной наблюдает, затем недовольно спрашивает:
- Мне из тебя клещами вытаскивать? Кто такой?
Застегиваю замок на обуви и поворачиваюсь к нему:
- Мой бывший парень.
Это, конечно, сильно сказано, но что есть то есть. По-другому я не знаю, как его назвать.
Его красивое лицо напрягается. Недовольно сводит брови на переносице и констатирует:
- Раз бывший, пусть идет лесом!
Резко стартует, заезжая на большой скорости во двор и оставляя после себя клубы пыли.