- И тебе сладких снов, Шоколадка.
И повернувшись уходит, закрывая за собой дверь.
Я прислоняюсь спиной к двери и закрываю глаза, сползая вниз и усаживаясь на пол. Закрываю лицо руками, пытаясь выровнять дыхание.
Господи!
Если такое ещё раз повторится, сама на него наброшусь и изнасилую. Хотя, вряд ли придется насиловать. Кажется, он совсем не против всего этого…
Глава 26
Мила
Сегодня последний рабочий день в этом году. В машине, пока едем на работу стоит напряженная тишина.
В квартире и двух слов не сказал, хотя я с утра пораньше заказала доставку минимальных продуктов на дом и приготовила нам обоим завтрак. Просто спустился, сухо бросив «доброе утро». Сел за стол. Съел все, что я приготовила, и, также сухо бросив «спасибо, через десять минут выдвигаемся», ушел к себе одеваться. Я ещё минут пять стояла, в недоумении, смотря на лестницу, куда он исчез. Возникло странное чувство, что мы женаты уже лет двадцать, и то, что я для него сегодня сделала, само собой разумеющееся.
Класс!
Хорошо устроился! Заимел себе фиктивную жену, которая ему будет готовить, делать все дела по дому, да ещё и греть постель. Что добру пропадать зря, я же жена пока, хоть и не настоящая!
О любви и речи нет, зачем спрашивается? Просто удобно и на том спасибо!
Все больше вскипаю, пока думаю об этом. Злится, что на получил свое? И не получит, раз так себя ведёт! Пусть ищет себе утешение на стороне. Как жена, даю ему зелёный свет пойти налево! Вот так вот!
Надоело ждать проявления хоть каких-то глубоких чувств ко мне, кроме похоти. Мне совсем другое надо…но ему не понять.
Одевшись, спускаюсь вниз. Он уже стоит у входа, одетый, держа ключи от машины в руке.
Обуваюсь, на ходу снимая с вешалки пальто, и вылетаю в подъезд. Нажимаю на кнопку лифта, не дожидаясь его появления рядом. Пускай катится к черту! Надоело все!
Залетаю в лифт. Поворачиваюсь и вижу, что он тоже спокойной походкой заходит ко мне, нажимая на кнопку первого этажа.
- Оденься! – не поворачивая головы грозным тоном выдает.
Только тогда понимаю, что все ещё держу свое пальто в руках. А что это он тут раскомандовался?! Да кто он вообще такой?!
- Иди к черту!
Сказала и хорошо стало. Прям какой-то груз с души свалился. Думает только он злиться умеет! А вот и нет!
Не поворачиваясь ко мне, грозно цедит:
- Язычок свой шаловливый приструни, иначе я найду ему применение!
Одеваю пальто, поворачиваясь всем корпусом к нему.
- Не угрожай мне! Иначе аннулирую брак, не дожидаясь, когда наши родители смирятся, понял?!
Хмыкает и спокойно отвечает:
- На понт меня не бери, Ангелочек. Иначе придется сделать все, чтобы ты не смогла его аннулировать.
Поворачивает ко мне свою голову и смотрит прямым немигающим взглядом. Это как?
- В смысле?
Улыбается, глядя мне в глаза, а в его загорается огонь.
- Придёшь ко мне ночью в спальню, объясню…
И выходит из лифта.
***
На работе все спокойно. Даже Максим Сергеевич, чтоб его, решил отказаться от своих двадцати чашек кофе. И слава богу! Иначе сегодня чувствую, точно не удержу поднос и вылью этот кофе прямо на него. Хотя может этим доброе дело сделаю. Хоть фикус не пострадает. Он думает, я не знаю, куда он все это добро выливает.
Сижу себе спокойно, доделывая дела, чтобы не оставлять на следующий год, когда в приемную забегает половина работников офиса во главе с главным бухгалтером. Где-то в задних рядах маячит Нателла Витальевна, секретарь Сергея Аристарховича, но после инцидента в кабинете у Максима ведёт себя тише воды, ниже травы. И одеваться начала прилично. Кажется, разговор с моим непосредственным руководителем пошел ей на пользу. На шум из кабинета выходит Максим и в недоумении смотрит на них.
- Мы тут краем уха услышали, что Максим Сергеевич женился, и ни на ком-то, а на нашей Миланочке. Поэтому мы пришли поздравить и подарить символический подарок. Вот, - передает большой пакет Максиму, - а этот от бухгалтерии, как чисто женского коллектива с пожеланиями долгой и счастливой совместной жизни, - говорит главбух и передает небольшой пакетик мне, подмигнув.
- Ну и по традиции, ГОРЬКО! – кричат все.
О, нет! Только этого «горько» нам не хватало для полного счастья! Я вообще собиралась после вчерашнего обходить его за километр, а тут такая подстава!
Черт!
Поворачивается ко мне, на губах снисходительная улыбка. Делает одолжение, видите ли. Приподнимаю одну бровь, показывая, как сама отношусь ко всему этому мероприятию. Думаешь мне этого хочется? Черта с два! И без твоих крышесносных поцелуев могу легко прожить!