Ну и, конечно, как снег на голову свалился фотокорреспондент местной газеты, прослышавший про наше чудо. В этот момент на ферме были только Дерек и я, наши девушки отсутствовали. Фотограф застал его за чисткой коровника и уговорил сняться с гусем под мышкой. Дерек любезно согласился и вышел сниматься как был — в старом халате и с растрепанной шевелюрой. Когда на следующее утро его мать увидела это фото в газете, она сказала: «Эх, я вот помню, когда школьником водила тебя к фотографу…» Глядя на фото бородатого мужчины в самом соку, хоть и слегка подуставшего, я не понимала, какая тут может возникнуть ассоциация со школьными годами. «Я имею в виду, — сказала мама Дерека, — что я всегда стояла рядом с расческой наготове!»
После публикации фотографии мы получили серьезное письмо от сэра Питера Скотта, указывавшего, что на фото изображен самый обыкновенный белолобый гусь. Так что надежды Дерека на толику славы не оправдались.
А еще был случай — жила у нас до смешного ручная хрюшка по кличке Дотти. Вот как-то одной из рекламных фирм понадобился плакат, изображающий хрюшку с крыльями — этакий свинопегас, что ли. Ну, они и позвонили нам — хотим заснять для плаката вашу Дотти. Нет, мы вовсе не собираемся пришивать ей крылья, мы это сделаем уже на снимке, с помощью компьютера. Сошлись на сумме в 50 фунтов, с тем, однако, чтобы хрюшка была чистенькой, как новорожденный поросеночек. Ну, Дерек вывел ее во двор и два часа драил мочалкой и жидкостью для мытья посуды — чистая работа. Дотти позировала перед камерой блестяще. Еще два часа — и дело сделано. В кармане Дерека приятно топорщилась новенькая пятидесятифунтовка. Пожалуй, впервые в жизни он так охотно участвовал в рекламной кампании! Фото нашей летающей хрюшки обошло многие газеты — поэты, седлайте свинопегасов, они обеспечат вам творческий взлет и много-много свинства!
Вообще нам грех жаловаться на невнимание со стороны прессы, о нас неоднократно писали даже большие журналы; но одна публикация, рассчитанная на сенсацию, нас прямо-таки шокировала. Однажды звонят нам из Лондона — мол, такая-то центральная газета шлет к вам корреспондентку. Мы поехали на вокзал встретить ее. Высокая такая, худощавая, точно ветка ивы. Звали ее Джейн. Она провела с нами целый день, интервьюируя и меня и Дерека, и не скрывала своего) восхищения нашими животными. Особенно понравились ей барсучата, которых я тогда выкармливала.
Мы обсуждали проблемы барсучьей популяции в Англии и возможные последствия преследования этих животных. Как оказалось, Джейн направил сотрудник Национальной федерации групп по спасению барсуков, узнав о том, что она собирается писать статью об их работе. Этим он предоставлял Джейн шанс увидеть живых барсуков и, естественно, надеялся, что публикация привлечет в группы новых членов.
Беря интервью у Дерека, журналистка, в частности, задала ему вопрос: привык ли он к тому, что вокруг него всегда столько народу? Дерек ответил, что, к счастью, толпы людей ему не мешают, но добавил, что его отец вряд ли одобрил бы такой стиль жизни — это тебе не былые блаженные дни, когда единственными «возмутителями спокойствия» на ферме были местные мальчишки, прибегавшие поработать за стаканчик сидра.
Джейн стала допытываться, как нам удается финансировать нашу работу. Дерек рассказал об «Обществе Блюбелл», члены которого платят взносы и оказывают спонсорскую поддержку делу спасения животных. «Некоторые члены Общества регулярно бывают у нас в гостях, как вот, например, эти две леди в чайной комнате», — сказал Дерек и показал на Анджелу Ли и Эйлин Митчелл, попивавших в это время чай со сливками. Это две наши добрые знакомые — удивительно привлекательные женщины благодаря изысканности манер и умению со вкусом одеваться. Они работают гидами на континенте.
Дерек представил Джейн Анджеле и Эйлин, и те с энтузиазмом рассказали об «Обществе Блюбелл» и подчеркнули, сколь важна, по их мнению, эта работа. В конце беседы Эйлин мимоходом бросила фразу: «А мы всего лишь две блаженные старушки — когда можем, приходим поглядеть на зверей и помочь Дереку и Паулине в работе, которую они делают. Нам тут хорошо!»
…К концу дня у Джейн, должно быть, уже разнылась рука от всей этой писанины: что бы она ни увидела, все методично заносила в блокнот. Дерек отвез ее к поезду. «Ну, — сказал он, возвратившись домой, — если в печать попадет хоть пять процентов того, что она тут понаписала, то и тогда статья выйдет классная!»