Он мысленно залез в его голову и пытался найти произошедшее, но тщетно. Человека там не было. Филипп взревел и вскочил со стула. Он подошел к тихо стоящим людям, по очереди пытаясь найти тот день в голове каждого. Но никто не присутствовал тогда, и в их мыслях ничего не было. Но вот парень лет двадцати, вдрызг пьяный и уже лежавший под столом. Филипп быстро нашел это событие, ведь это было самое яркое и запоминающееся, что произошло в жизни этого человека. Он увидел его, тогда еще детскими, глазами...
Разгневанная толпа волочет Кэтрин к столбу с хворостом, который они установили возле ее дома. Она пытается вырваться, кричит и призывает людей одуматься. Они крепят ее тело цепями и поджигают вязанки дров. Ее глаза полны ужаса. Огонь ярко вспыхивает.
Языки пламени, женский крик. И вот, наконец, огонь по волшебству тухнет. Толпа испуганных людей начинает бежать, кто куда, начинается давка. Дети кричат и зовут родителей. Кэтрин делает шаг вперед. Ее одежда успела вспыхнуть и местами сожжена до дыр, но на ее лице и руках - ни малейшего ожога.
- Предатели, - закричала она. - Я до последнего ждала, что хоть кто-то вступится. Но трусам нет пощады.
Началась буря, сильнейший ветер срывает крышу с дома, козы и люди летают вокруг. Детские глаза видят, что несмотря ни эту стихию, он в безопасности. Он и несколько других детей и женщин. Они словно под защитным куполом.
Это все, что Филиппу удалось увидеть. Он понял, что она жива. И он знал, что почувствовала она тогда. Разочарование и боль предательства. Ведь смысл своего существования она видела в помощи людям. Людям, которые предали ее так же, как когда-то ее тётку Элизабет.
Где она теперь? Он должен ее найти, даже если придется залезть в голову каждому встречному.
Глава 21
Март, 1603 год
Филипп ступил на влажный гравий, и лакей закрыл за ним дверцу красивой кареты. Он не спеша зашагал по дорожке, ведущей ко дворцу. Ричмонд вот уже несколько веков был одной из резиденций английских королей. Перед Филиппом открывался вид на огромный парк, красивые башенки замка, королевские конюшни. Вокруг почти ничего не изменилось с тех пор, как он был здесь, сорок лет тому назад. Все те же бесконечные галереи, множество закоулков, где все так же плетутся интриги и заговоры.
По его шикарному камзолу слуги и стражи понимали, что он человек высокого происхождения. Никто не знал его в лицо, но не останавливали, так как придворных слишком много, всех и не упомнить. Он пересек почти весь дворец. Его целью была королевская опочивальня. Но не сейчас. В данный момент она была пуста, он это знал, так как королева завтракала в окружении придворных. Туда он и направился. В комнате толпились придворные. Елизавета, как и прежде, окружала себя множеством людей. Филипп вглядывался в эти лица и никого не узнавал. Тех, с кем он был знаком тогда, скорее всего, уже не было в живых, либо они превратились в стариков. А некоторые престарелые придворные тогда были лишь детьми. Его никто не мог узнать. Он не без труда пробрался ближе, чтобы увидеть ту, ради которой приехал.
Слухи о глубокой депрессии и меланхолии королевы теперь стали для него более реальными. Он смотрел на Елизавету и не мог поверить своим глазам. Она сидела на стуле все так же прямо, даже неестественно прямо. Казалось, что спина натянута как лук и вот-вот сломается. Ярко-красное платье с невероятно пышным воротником до самого подбородка было настолько кричащим, что ярко контрастировало со всем окружающим. Своим нарядом королева словно хотела отвлечь внимание от лица. Бледное, с земляным оттенком лицо, припудренное на несколько слоев. И ярко-рыжий парик. Потухшие, полные страдания глаза. Она была словно кукла на торте.
Елизавета что-то говорила своим придворным, приказывая подать ей пирожное или булочку. Ей не нравились услуги лакеев. Она любила использовать дворян. Потом громко и грубо смеялась, обнажая свои гнилые зубы, - печальное последствие страстной любви к сладкому.
Филипп знал, что она заметит его и обязательно узнает. И буквально через десять минут, когда она обводила взглядом присутствующих, в поисках очередной жертвы насмешек, она увидела его. В первые мгновения ее взгляд выражал лишь восхищение - она увидела красивое лицо. Елизавета все еще питала слабость к красивым мужчинам. Затем она немного прищурила глаза, словно пытаясь узнать, откуда ей знаком этот молодой человек. Через мгновение глаза расширились от удивления и ужаса. Филипп не отвел взгляда и продолжал пристально смотреть на нее, только улыбаясь уголком рта.
Елизавета хлопнула в ладоши, это означало, что трапеза окончена. Она царственно встала, продолжая смотреть на него через толпу. Потом отвернулась и вышла из залы. Он знал, что это значит, поэтому через несколько минут пошел в том же направлении и остался ждать возле ее покоев. Филипп знал ее привычки и был уверен, что они остались прежними. И когда фрейлина вышла и сообщила, что Ее Величество хочет его видеть, он лишь кивнул.