Но не только знание человеческих душ он ей преподавал. Были и физические уроки. Владимир учил ее управлять своими способностями, влиять на природу. Вызывать порывы сильнейшего ветра, дождь, снег, молнии. Она умела это и раньше, но он показал, как управлять всем этим. Как вызвать ураган в одно мгновение и так же быстро его погасить. Как управлять своим разумом и не позволять увлечься. Они поднимались на скалы и вместе упражнялись дни напролет. Солнце то вставало, то садилось над головами.
Однажды они провели на скалах два дня. Жители деревни, кто видел две одинокие фигуры, стоящие на скалах, невольно крестились. Погода в эти два дня была непредсказуема. То дождь, то сильнейший ветер. Черные тучи застилали небо, и остров погружался в темноту. Затем неожиданно все рассеивалось, и яркие жаркие лучи солнца заливали своим сиянием остров. Люди понимали, что в этом виноват колдун, и вздрагивали. Они лишь смотрели на фигуры, застывшие на скалах, и молились, чтобы они скорее ушли оттуда.
Владимир был невероятным учителем. Кэт поражалась его знаниям и Силе. Он управлял стихией легко и непринужденно, - казалось, что он не прилагает никаких усилий. Ни один мускул на лице не дрогнул. Он лишь плавно проводил рукой, еле заметно шевелил пальцами, - и все вокруг менялось. Для нее же не все было так просто. Ей приходилось напрягаться, словно она поднимает тяжести. От таких усилий она быстро уставала.
- Все гораздо проще, - раздался Голос.
Она и не заметила, как он подошел сзади совсем близко, и теперь его губы почти касались ее уха.
- Ты должна расслабить свое тело, - тихо звучал Голос, а руки скользнули на талию, - оно здесь ни при чем, все в твоей голове, сердце. Почувствуй природу и только на секунду подумай о том, чего хочешь. Не нужно усилий, все должно быть непринужденно, только тогда она будет слушаться.
Его руки скользнули выше по телу и поднялись к ее плечам. Он немного сжал их, словно заставляя расслабиться. Затем спустился к локтям и взял в свои ладони ее кисти.
- Плавно, - словно пропел он. Кэт прикрыла глаза от звуков его голоса. Он гипнотизировал и погружал ее в какую-то негу. - Не торопясь. Просто чувствуй энергию. Прикосновения.
Она открыла глаза, когда почувствовала порывы ветра на лице. Он закружился вокруг них воронкой, поднимая вихрем лепестки цветов и листья. Его плащ раздувался в воздухе, словно черные крылья, поглощая и ее.
- Молодец, Катерина, - похвалил он. Голос на этот раз звучал в ее голове, а произнесенное им имя раздавалось снова и снова, словно эхо: Катерина, Катерина, Катерина...
Кэтрин так увлеклась, что не замечала времени. Она не обращала внимания на мокрые одежды, холодные порывы ветра. Лишь иногда, когда озноб становился видимым, и даже губы бледнели, Владимир легким движением руки рассеивал тучи и выглядывало солнце. Она согревалась и платье постепенно высыхало.
Он учил ее погрузиться в себя, в свои чувства и эмоции. Кэт почти видела свой внутренний мир. Она видела этот противоречивый водоворот и училась управлять им. Все ощущения смешались в радужной палитре. Он внушал ей различные картины, и она, испытывая те или иные эмоции, вызывала природные явления. Но Владимир не одобрял этого. Он учил ее, несмотря ни на что, управлять собой.
- Дождь. Я хочу, чтобы лил дождь, - повелел он.
Кэтрин повиновалась. Дождь был ледяным и лил как из ведра, молнии сверкали над головой, словно фейерверки.
- Сильнее! - прогремел его голос снова. - Еще сильнее!
Она изо всех сил старалась сделать погоду еще более мрачной и зловещей. Но перед глазами вдруг возникли картины прекрасных полей, залитых летним солнцем. Теплый ветерок, цветочные луга, птицы, маленькие дети, их звонкий смех... На душе стало теплее, и она невольно начала менять погоду над островом. Владимир щелкал пальцами, напоминая о себе и своем приказе. И Кэт, превозмогая себя, старалась поддержать мрак вокруг, несмотря на радость в душе. Но сложнее было наоборот. Кэтрин испытывала настоящие душевные муки, когда он внушал ей картины прошлого: Англию, деревню, где она выросла, Филиппа, смерть людей... Как можно было сохранять над головой солнце? Она страдала, рыдала, но он был непреклонен. В моменты, когда Кэтрин была готова упасть, она смотрела в его глаза, полные огня, и черпала силы от этого взгляда. Да, она физически ощущала, что он подпитывает ее своей энергией, когда ноги уже почти не держали ее. Слезы текли по щекам нескончаемым потоком, сердце разрывалось на части от вида пожара в деревне, где прошло ее детство. Но Владимир не отпускал ее до тех пор, пока она не смогла бороться со своими эмоциями, сопротивляться им и управлять своей Силой. В конце концов, она сдалась и перестала держаться за свои чувства. Она заставила себя не испытывать их несмотря на то, что видит. Она смотрела на эти картинки и была равнодушной. Словно научилась отключать чувства. Удивительно, но стало намного проще и легче. Оказывается, она могла отключить боль и страдания и оценивать все происходящее трезво и хладнокровно. На ее глазах все еще полыхал огонь родного места, но она легким движением руки развеивала тучи над головой, заливала остров ярким солнцем и вызывала легкий приятный ветерок.