- Сядь, - повелительно сказал он и указал на одну из них. Кэтрин повиновалась. И почему она всегда безоговорочно слушается его?
- Что мы здесь делаем?
- Ты будешь вечно мучиться от своего желания вновь жить, как человек. И однажды ты вновь окажешься на плахе под тупым топором пьяного палача. Я дам тебе эту возможность без угрозы твоей жизни. Я либо докажу тебе, что ты на самом деле не хочешь расстаться с Силой, либо избавлю тебя от нее. Но ты должна мне разрешить забрать ее. Темнота и толстые каменные стены нужны, чтобы она не покинула комнату.
- Это возможно? - воскликнула Кэтрин.
- Да.
- Я согласна. Сделай это! - ее сердце забилось чаще, рискуя выпрыгнуть из груди от волнения. Кэтрин даже не задумывалась, что такое возможно, что у нее еще есть шанс. Она была уверена, что в человеческом обличии найдет смысл хоть и короткой, но жизни. Что эти предательские чувства к Владимиру растают и больше не будут мучать ее больное сознание.
Владимир подошел ближе. Он взял ее за подбородок и заглянул в глаза. Его взгляд настолько глубоко проник ей в душу, что она вздрогнула. Черные огненные зрачки смотрели на нее неотрывно. Он был настолько близко, что их носы почти соприкасались, она чувствовала его дыхание на своем лице. Вдруг неожиданно для себя она вспомнила поцелуй много лет назад, на балу. Это странно, но ей дико захотелось ощутить его снова. Чтобы эти сильные руки обвили ее за талию, а теплое дыхание соединилось с ее. Этот страшный жестокий человек больше не внушал ей ужас и отвращение. Она понимала его мотивы, понимала, что он не просто хладнокровный и безжалостный убийца. Она жаждала знаний и его уроков. Интересно, умеет ли он любить женщин? От этой мысли в сознание вновь закралась ревность. Это было тем более странно. Она слышала его дыхание, он почти прижимал ее к себе, а черные глаза все смотрели и сверлили ее взглядом. Жаркое дыхание вызывало в ней волнение. Она ощутила дикую слабость во всем теле, сверлящую боль в области правого виска, ноги как будто одеревенели, и сложно было пошевелиться.
- Что со мной? - простонала она.
Владимир отступил на несколько шагов.
- Наступает гроза, и у тебя, по всей видимости, мигрень. Ты сидишь неподвижно с час, и твои ноги затекли. Ты уже много лет привыкла не чувствовать боли и плохого самочувствия. Теперь привыкай ощущать себя человеком. Ты лишилась Силы, - его голос показался ей растерянным.
- Как... уже? И что теперь?
- Наслаждайся, - процедил он.
- Но разве Силу можно забрать вот так? Я думала, что Сила переходит только после смерти.
- И да, и нет. Силу нельзя забрать насильно, она переходит, только если ее носитель добровольно, без тени сомнения, отказывается от нее. Такое бывает крайне редко. Колдун все равно, как бы он ни пытался себя убедить, в глубине души всегда будет цепляться за те или иные возможности, которые она дает. Поэтому отдать добровольно он ее не может. Ты же жаждешь от нее избавиться, несмотря на все уроки, что я преподал тебе, - в его голосе слышалась горечь сожаления.
- Я вновь удивила тебя?
- Нет. Это уже случалось раньше.
Кэт недоуменно подняла брови. О чем он говорит?
- Но... когда?
Владимир оставил без ответа ее вопрос.
- Что ж, приятного времяпровождения, - он поклонился ей и вышел, оставив одну.
Кэтрин открыла глаза. Утро наступило уже давно, но она никак не могла заставить себя подняться с постели. За окном небо было скрыто темными тучами, ветер завывал так, словно вот-вот снесет крышу, дождь громко тарабанил по ставням.
«Погода сама так неистовствует или кто-то управляет ею? Может быть, это Он злится на меня?..» - устало подумала она.
Тело ломило так, словно ее растягивают на дыбе в зале инквизиции. Низ живота стянуло невидимыми тисками. С трудом она откинула одеяло и вскрикнула от ужаса. Кровать была испачкана кровью. Потребовалось несколько минут, чтобы осознать, что это обычные женские дни. Она совсем забыла об их существовании, а также о том, насколько это мучительно.
Весь день прошел в муках. Болели живот, поясница, мучительная мигрень сверлила виски. Вернулось плохое настроение. Кэтрин предпочла остаться в своей комнате. Привычным взмахом руки она хотела взять со столика стакан воды, но он не двигался. Ей пришлось заставить себя встать и пересечь комнату.
- Это пройдет, - сказала она себе. - Еще пара дней - и все наладится. Терпеть это один раз в месяц не так уж и страшно.
Через три дня, действительно, стало легче. Кэтрин даже заставила себя выйти из комнаты и позавтракать, как и прежде, в общей зале. Владимир уже заканчивал трапезу.