- Не подходи к ней здесь, - мысленно сказал ей Филипп. - Давай проследим за ней и потребуем объяснений в более уединенном месте. Я бы предпочел сохранять осторожность.
Кэтрин кивнула в знак согласия. Усмирить свое любопытство и нетерпение было сложно, но он был прав. За годы странствия и поисков Владимира они видели немало Охотников, которые всегда находились при королях и царях, их советники и приближенные. Охотники правили государствами, искали колдунов для подпитки своей Силы и иногда питались человеческой энергией. Люди, окружающие их, часто болели, были слабы и порой даже умирали.
Кэтрин и Филиппу нужно было быть крайне осторожными. Чаще удавалось скрывать свои способности, но порой попадались особенно сильные и «древние», кто был сильнее них, и им приходилось бежать или вступать в переговоры. Благодаря Кэтрин Филипп увеличил свою Силу, они объединяли ее порой и становились могущественнее многих своих врагов, но, встречая колдуна из Союза, понимали, что перед ними нечто гораздо сильнее.
Наконец-то спектакль подошел к концу. Прозвучали последние аплодисменты, и зрители начали покидать зал.
- Останься здесь, я прослежу за ней, - сказал Филипп.
Кэтрин неуверенно согласилась. Она не хотела больше оставаться в стороне, но понимала, что проследить за Лиа вдвоем и остаться незамеченными едва ли получится.
- Я буду здесь, и я буду читать твои мысли, - сказала Кэт.
- Давненько не видела себя обнаженной? - пошутил он.
- Держи свои распутные мысли при себе!
- Буду стараться, хоть это и непросто. Твой корсет сегодня особенно тщательно затянут.
Кэтрин легонько хлопнула его по губам. Она села на софу возле окна. Здесь никто не мог ей помешать. Гости в главном зале театра общались друг с другом, смеялись и выпивали. Лиа покинула здание, и Филип пошел за ней следом. Кэт видела дорогу перед ним его глазами.
Он шел на расстоянии от нее, достаточно далеко, чтобы не быть замеченным, но близко, чтобы не упустить из виду.
Она куда-то спешила, часто оборачиваясь по сторонам. Безлунная ночь была ему соратникомв этой шпионской гонке.
Лиа остановилась перед высоким домом и нырнула в дверной проем. Филипп дернул ручку, но дверь была уже заперта. Он осмотрел дом и увидел небольшую лестницу. С легкостью забравшись по ней, спрыгнул во внутренний двор и через заднюю дверь, предназначавшуюся для прохода слуг, проник внутрь дома. Там было темно и пусто. Он огляделся, пытаясь понять, куда делась Лиа, и тут же услышал ее голос наверху. Она хихикала и как будто разговаривала с кем-то.
Изо всех сил стараясь ступать беззвучно, он поднялся по лестнице. Дверь спальни, за которой был слышен голос Лиа, была заперта на ключ. Филипп чертыхнулся.
- Ну что ж, - сказал он себе.
Он прикрыл глаза и мысленно проник за закрытую дверь, пытаясь найти разум Лиа. Она была словно открытая книга. Филипп ее глазами видел то темноту, то расписной потолок спальни. Она лежала на кровати и открывала и закрывала глаза. Ощущение неги и наслаждения от прикосновений. Кто-то ласкал ее тело, и Лиа стонала от удовольствия.
- О, как я люблю тебя, - шептала она.
Она подняла голову и вновь открыла глаза. Перед ней были черные глаза и улыбка с безупречными зубами. Это был Владимир, и он смотрел сейчас прямо на Филиппа.
От неожиданности Филипп вынырнул из сознания Лиа. Он растерялся, и капельки пота выступили на висках. Не веря свои глазам, он вновь проник за пределы запертой двери и вновь увидел черные глаза с огненными языками пламени. Да, это был Он!
Филипп приготовился выломать дверь и потребовать объяснений у этого Дьявола, который посмел так предать и обмануть Кэтрин.
Кэтрин!
Вдруг Филипп вспомнил, что она все еще в его сознании и видит все то же, что и он. Он пытался прочесть ее мысли, но там была пустота. Нет, она все еще была с ним, и эта пустота нахлынула на Филиппа, словно ледяная лавина. Отсутствие смысла, чувств, предметов вокруг, людей. Она словно перестала существовать, перестала ощущать происходящее. Ей хотелось громко закричать, завыть, прохрипеть, но не было сил, пустота пожирала ее. Потом пришла боль - страшная, всепоглощающая и беспощадная.
Филипп сорвался с места и, не заботясь, что будет услышан, со всех ног побежал в сторону театра. Это убьет ее! Он должен успеть, должен успеть прежде, чем она натворит глупостей. Дорога назад показалась ему бесконечно длинной. К своему удивлению, она сидела там же, где он ее оставил. Маленькая, хрупкая и сломленная женщина. Плечи осунулись, лицо побледнело. Зрачки лихорадочно метались по комнате.