- В отеле мадемуазель де Бомон. Она любезно пригласила меня в свой дом, предоставив крышу над головой.
- Мышка де Бомон? О, Мишель! Неужели вы говорите об отеле на улице Святого Антуана? Но ведь это не дом, а развалившаяся крепость, омрачающая всю улицу.
- Согласна с вами, но выбора у меня нет.
- Выбор есть всегда. Вы можете стать богатой женщиной, надевать самые роскошные наряды, самые дорогие украшения, ездить в золотой карете и жить в шикарном доме, как у меня. Вам ведь понравился мой особняк, не так ли?
- Вы и сами знаете ответ.
- Тогда выходите за меня замуж.
- Что? - Мишель не поняла вопроса.
Ей показалось, или он предложил ей пожениться?
- Я предлагаю руку и сердце.
- Но...
- Я знаю, что вы сейчас скажете, моя дорогая. Но вначале послушайте меня. Вы заслуживаете большего. Вы красивы и невинны. Таких девушек практически не осталось, поэтому я хочу именно такую жену. Тем более, мне необходимо утвердиться во Франции. Я приехал всего месяц назад. Хоть и обладаю некоторым расположением короля, но все же еще не твердо стою на ногах.
- И брак с француженкой дворянского происхождения вам поможет утвердиться?
- Именно.
- Это непостижимо! Простите, Даниэль, но я вынуждена отказать вам. Меня нельзя купить. Ни ваш дом, ни платья, ни драгоценности вам не помогут. Ищите другую партию для утверждения при дворе. А теперь я вынуждена вас покинуть.
- Постойте, Мишель! - он успел ухватить её за руку. Несколько придворных обратили внимание на странное поведение этой парочки и уже перешептывались. - Я не хочу, чтобы мы расстались вот так - врагами.
- А с чего вы взяли, что я считаю вас врагом? Наоборот, я очень хочу и впредь считать вас другом. Но и вы, пожалуйста, держитесь этой же позиции.
Еще немного прогулявшись, Мишель позволила себя уговорить продолжить прогулку в карете герцога де ла Барда. И к двум часам она уже была в отеле своей подруги де Бомон.
- Мишель! - услышала она истошные крики подруги. - Мишель, где ты? Скорей иди сюда!
Поспешив на этот зов, девушка выбежала из кухни, где помогала кухарке с яблочным пирогом. На ходу вытирая белые от муки руки, она поднялась по скрипящей старой лестнице наверх. Голос де Бомон слышался из гостиной.
- Что случилось? - спросила запыхавшаяся графиня.
- Мишель, как ты можешь объяснить это?
Де Бомон была маленькой, немного грубоватой фрейлиной с жесткими губами и маленькими глазками. При дворе её знали не все, но те, которые хоть раз разговаривали с этой мадемуазель, сразу же соглашались с прозвищем, которым наделили её за спиной: «мышка-хохотушка».
Мишель посмотрела на софу с потрепанной обивкой. На ней небрежно лежали несколько красивых коробок.
- Что это? - спросила маленькая рыжая графиня.
- Понятия не имею. Предназначено для тебя.
В нерешительности Мишель прикоснулась к одной из коробок и пальчиком откинула крышку. Две девушки ахнули одновременно. Это было шикарное платье, сшитое из великолепного шелка по самой последней моде.
- Посмотри сюда! - продолжала восторгаться де Бомон, показывая коробочку с украшениями.
В то время, когда «мышка» восхищалась новыми находками, Мишель взяла в руки записку с несколькими словами:
«В знак нашего окончательного примирения примите эти скромные подарки. Увидимся вечером в Версале.
Даниэль».
Этим вечером Мишель затмила почти всех придворных дам. Она была поистине великолепна!
Графиня была одета в пепельно-зеленое парчовое платье с большими серебряными цветами. В густые волосы вплетены жемчужные шпильки, а на лебединой шее красовалось жемчужное ожерелье.
Филипп разговаривал с ле Винье, который уже успешно оправился после смерти своей подруги де Брифон. Случайно посмотрев в сторону главной аллеи, он замолчал на полуслове. Впереди стояла лесная нимфа с рыжей копной волос и сияющими голубыми глазами. Она улыбалась и принимала комплименты от кавалеров.
«Интересно, откуда у этой малышки деньги на такие украшения и туалеты? Насколько я успел заметить, графы де Лотрен не славятся особым богатством», - подумал маркиз, осматривая проходящую мимо Мишель.
Он видел, как к ней подлетел дю Файл и начал что-то мурлыкать на ухо. Филипп с интересом наблюдал завистливые женские взгляды, осматривающие каждую деталь её туалета. Но, к их глубокому разочарованию, придраться было не к чему.
А потом на версальской «арене» появился герцог де ла Бард. Он был в великолепном костюме с белоснежным плюмажем. Ткань костюма была абсолютно такой же, как и на платье Мишель. Их туалеты идеально сочетались, и они были великолепной парой.