Даниэль поспешно переоделся, накинув на плечи плащ и капюшон, скрывающий лицо. Он оседлал коня и галопом помчался к дому Филиппа. Через некоторое время Филипп, полностью одетый и в седле, выехал из своего отеля и помчался вслед за Даниэлем.
Они скакали больше часа. И только оказавшись достаточно далеко от Парижа, в темном лесу, остановились.
Филипп соскочил с коня, широкими шагами подошел к Даниэлю и ударил брата по лицу.
- Это тебе за то, что все эти годы позволил мне оплакивать тебя, - проревел он.
- А это за то, что ведешь себя как мальчишка и избегаешь меня, - ударив еще раз, вновь взревел он.
Даниэль потер щеку. Он улыбался.
- А ты все такой же горячий, - сказал он.
Через мгновение братья уже крепко обнимались. Филипп взъерошил его волосы и щупал, словно пытаясь убедиться, что тот жив.
- Как ты выжил? Что произошло? Что ты делаешь в Париже? Я хочу знать все, брат!
Даниэль рассказал ему, как испанский корабль потерпел кораблекрушение, но ему удалось чудом выжить. Он лежал на остатках палубы, умирая от жажды и палящего солнца. Его спас испанский рыбак вблизи какой-то заброшенной деревушки. Рыбака звали Жак, и он был колдуном. Он излечил Даниэля. Они провели вместе несколько лет.
- Он обнаружил во мне часть силы, которую передала вам Элизабет, - сказал Даниэль. - Но эта Сила была странной, неполной. Она прошла сквозь меня тогда и без конца металась - то покидала мое тело и странствовала, то снова появлялась. Когда она возвращалась, я ощущал себя странно. Словно это не я. Порой наутро я не помнил, что произошло накануне...
Даниэль рассказал также, что Жак запретил ему возвращаться к людям до тех пор, пока они не разберутся, что с ним происходит. Затем наступил момент, когда Сила не вернулась. Прошли годы, но ее не было. Жак был могущественным колдуном, который прятался от Охотников и не хотел вступать в Союз. Он поддерживал в Даниэле молодость, полюбил этого мальчишку, как сына. Когда Даниэль устал быть взаперти на окраине испанских берегов, Жак согласился сопровождать его. Они путешествовали и прибыли во Францию. Там он познакомился с Андрэ - прекрасной рыжей девушкой. Он питал слабость к рыжим - первой была Елизавета, отвергнувшая его. Андрэ была невероятно доброй, чистой и смелой девушкой. Они влюбились друг в друга с первого взгляда, но она ни разу не позволила к себе прикоснуться, так как была замужем, имела маленького сына и свято чтила узы брака. Они любили друг друга словами, разговорами, встречами. Это было мучительно больно, но каждая встреча была, как надежда. Затем произошла та история с перепиской Анны Австрийской с Испанией, и Андрэ заточили в тюрьму, после чего она умерла. Даниэль был убит горем. Супруг Андрэ также был арестован, и остался маленький сын. Даниэль увез его в Англию.
- И где он сейчас? - спросил Филипп.
- Он все еще в Англии, - улыбнулся Даниэль. - Но здесь никому не нужно об этом знать.
- Зачем ты вернулся? Мстить королю?
- Я узнал, что вы с Кэти здесь, и решил присоединиться. История с сыном Андрэ - лишь прикрытие и повод вернуться, не вызвав подозрение Союза.
- Кто научил тебя контролировать мысли? - спросил Филипп.
- Жак. Он очень силен, он мой ангел-хранитель, Филипп.
- Почему ты не нашел меня раньше?
- Я не знаю, брат. Все слишком сложно. Наверное, не хотел быть обузой вам с Кэт. Вы обладаете Силой, а я лишь груз, который бы вы вынуждены были тащить за собой и оберегать.
- Какой же ты дурак! - Филипп опять обнял его и потеребил волосы. - Не смей теперь исчезнуть. Ты со мной, и я не отпущу тебя!
Даниэль засмеялся.
- Да, брат. Но могу я тебя попросить?
- Что угодно!
- Мишель... она, похоже, влюблена в тебя...
- Э... похоже, да, прости. Честно сказать, я использовал это, чтобы вызвать в тебе какую-то реакцию - и вот ты здесь. А значит, я все еще знаю тебя.
Даниэль на мгновение побледнел от возмущения, но затем снова взял себя в руки.
- Она нравится тебе, верно? - спросил Филипп, пытаясь подавить улыбку. - Она рыжая, этим все сказано.
- Да, она мне очень нравится, и я прошу тебя оставить ее в покое. Она разлюбит тебя, если ты перестанешь с ней играть.
- Что ж, обещаю. Но и ты обещай, что больше не будешь меня избегать и частенько будешь выезжать со мной, чтобы поговорить.
- Даю слово!
Филипп довольно хмыкнул.
- Ты говорил с Кэти?
- Эм... нет... надеюсь, она не будет бить меня по лицу, как ты?
- Она может, - озабочено ответил Филипп, - она многое может, я полагаю. Даже не знаю, что от нее ожидать.
Они провели всю ночь в разговорах. Филипп рассказывал ему все, что происходило с ними. Но чтобы успеть до рассвета, он делал это быстро, пропуская те или иные события. Но начало светать, и им пришлось возвращаться.