- Ваше глубокое декольте в самый раз подчеркивается ожерельем. А ваши волосы! Я никогда не видела такой цвет волос!
- Довольно, Элен! Хватит этих бессмысленных комплиментов. Лучше скажи, милое создание, давно ты работаешь у герцога?
- О! Почти всю свою жизнь, мадемуазель! Моя мать была служанкой в его доме. Она умерла во время казни на главной площади Лондона. Мама пошла посмотреть на это зрелище, и случилась страшная давка. Мне тогда было пять лет. Герцог взял меня к себе в дом. Он привез меня сюда, в Париж, - немного помолчав, она добавила:
- Все же странно, что герцог выбрал вас...
- Что ты имеешь в виду? - насторожилась Мишель.
- Ничего особенного... Он... он особенный, понимаете? Все женщины Лондона бегали за ним, пили отраву, когда он не обращал внимания, ходили к колдуньям, чтобы приворожить. Но он никогда ни на кого не смотрит. Он... он...
- Ты его любишь, не правда ли? - Мишель сразу догадалась. Она видела это в глазах девочки и ни с каким другим чувством попутать не могла. - Не отвечай, Элен. Я не хочу слышать ответ. Спасибо, ты можешь идти.
- Осторожней с ним, мадемуазель, - вдруг сказала служанка. - За красивым лицом скрывается дьявол. Бойтесь его.
Слова глупой девчонки ничуть не испугали Мишель. Она только еще больше разозлилась.
Этот красивый наряд, эти драгоценности, украшения... Зачем? Для кого? Ей нужен был только один мужчина - Филипп. Но он отверг её любовь. Она не нужна маркизу.
После обряда благословения Мишель, по обычаю самой высшей знати, шла до алтаря одна. Впереди царской походкой шел её муж. Он был великолепен в своем голубом костюме. Мишель смотрела ему в спину. Он был чужим. Она не хотела быть его женой. Да, да, да! Она уже не хотела.
Повернув голову в сторону, где стояли самые знатные приглашенные, она лихорадочно пыталась найти статную и гордую фигуру маркиза Д`Амбре. Но его не было. Она слышала, что с согласия короля он отправился на фронт к своему отряду. Хотя - это к лучшему. Если бы она увидела его здесь, то кинулась бы к его ногам и закричала, что хочет принадлежать ему и только ему одному. Она бы умоляла забрать её и увезти.
Когда они вышли из церкви, Мишель показалось, что весь Париж высыпал на улицу. Люди ликовали и кричали «ура». Слуги герцога бросали в толпу золотые монетки, как это было принято в то время.
Сотни глаз были устремлены в сторону невесты. Именно ей пылко кланялись сеньоры и улыбались дамы в ослепительных нарядах. Из собора супруги и их гости последовали в огромный отель герцога, который мог бы вместить весь город. Пиршество происходило в самой огромной зале. В саду также стояли длинные столы, за которыми сидели именитые гости.
Она видела, как придворные восхищаются красотой отеля, богатством всевозможной утвари, изысканным вкусом хозяина. Мишель поймала себя на мысли, что горда этим восхищением.
Несмотря на обилие всевозможных блюд и угощений, Мишель не могла проглотить ни кусочка. Она не ела целый день. Переживания, волнения - все это отразилось на её аппетите. И теперь, под вечер, ей казалось, что если она съест хоть что-нибудь, ей будет плохо. Поэтому она предпочла пить вино и периодически общипывать кисточку винограда.
Мишель чувствовала себя измученной этим шумом, изобилием. Ей хотелось скрыться. Но, воспитанная и гордая, она всем приветливо улыбалась и для каждого находила доброе слово.
А потом начались танцы. Чтобы немного отвлечься, Мишель с удовольствием принимала приглашения кавалеров. Она так любила танцевать! Странно, но Даниэль ни разу не подошел к ней. Конечно, за столом он постоянно обращался к ней с тем или иным невинным вопросом - обычная светская болтовня. Мишель не могла разобраться в своих чувствах. Он был ей другом, с которым она любила говорить, на кого могла положиться. Но теперь из друга он превратился в мужа. Муж, который обязательно потребует выполнения супружеского долга.
- Сударыня, - чья-то рука опустилась ей на плечо.
Обернувшись, Мишель увидела своего супруга. Он смотрел на неё, весело улыбаясь.
- Вы уже устали, прекрасная герцогиня, - засмеялся он. - Думаю, нам не стоит оставаться здесь. Гости уже пьяны, но все же они будут пировать до утра.
- Благодарю, Даниэль, - поспешно ответила она, - но я не думаю, что смогу уснуть под этот шум, который раздается по всему дому. Лучше оставаться здесь.
- А с чего вы взяли, что я приглашаю вас остаться в отеле?
- Но... Я думала, что кроме этого дома у вас в Париже пока ничего нет.
- Вы, как всегда, ошиблись на мой счет, Мишель.
Они, словно воры, стараясь остаться незамеченными, покинули отель герцога. Карета с гербом де ла Барда везла их за город. Дорога заняла около двух часов.