- А то что? - не унимался Филипп.
- А то я могу разозлиться, - Анна пожала плечами и села за стол. - А я бываю в гневе очень неприятна.
Филипп не стал спорить дальше. Он вышел из хижины, громко хлопнув дверью.
- Какой нервный мальчик, - улыбнулась Анна.
Ужин прошел в молчании. Кэт не хотелось ничего спрашивать без Филиппа, да и Анна не была расположена к пустой болтовне. Даниэль же читал одну из найденных книг.
- Вчера вы почувствовали свою энергию, разбудили Силу внутри себя. И избавились от излишек.
- Излишек? - спросила Кэт.
Они сидели у края утеса и смотрели, как волны бьются о прибрежные скалы. Иногда, после особо высокой волны, ветер доносил мелкие, словно пар, брызги и окутывал их прохладной пеленой.
- Да, излишек, - продолжала Анна. - Энергия постоянно копится внутри. И если вы не используете ее в полную мощь, иногда нужно давать ей выход. Иначе она выйдет сама в том виде, в каком захочет, и последствия будут необратимыми. Вы можете избавляться от нее разными способами. Вчера вы выбрали огонь. Но можете вызывать бурю, дождь, снег, эпидемии. Чем чаще используете энергию в жизни, тем реже нужно освобождаться.
- Как можно использовать энергию? - спросил Филипп.
- Какой нетерпеливый мальчик, - сказала Анна.
Но губы ее были сомкнуты и ни звука не произнесли. Она смотрела ему в глаза, и Филипп понял, что ее голос звучит у него в голове.
- Нетерпеливый грубиян, - ее глаза лукаво улыбались.
- Женщинам обычно это нравится, - мысленно сказал он ей и по улыбке понял, что она его слышит.
- Глупышкам - может быть, - ответила она.
Он улыбнулся одним уголком губ. Тут же в его голове появилась яркая картинка - то же самое место, где они сейчас, но ночью. Яркие звезды, молодой месяц и Анна. Ее длинные белокурые волосы раздувались на ветру, словно огромные крылья, она улыбалась. Затем подняла руку и медленно расшнуровала веревочку у горловины своей нижней рубашки, стянула ее с одного плеча, затем с другого, обнажив красивую упругую грудь. Платье упало к ее ногам. Она подошла к нему ближе и прижалась всем телом, подталкивая его опуститься на землю.
- Ты можешь внушить человеку любые мысли, и он не в силах будет противиться, - Филипп словно вынырнул из глубокого сна и снова услышал ее голос в своей голове, - ты можешь придумывать сны, а можешь заставить что-то сделать.
Он понял, что этот чарующий образ обнаженного тела был внушен ему, и от этого ощущения мурашки забегали по коже.
- Попробуй, - предложила ему Анна.
Филипп сузил глаза. Он внушил ей ту же самую картинку. Только не она уже медленно снимала платье, а он одним движением сорвал его. Затем взял за волосы и запрокинул ее голову.
«Так нравится?» - сказал он.
«И правда, грубиян», - засмеялась она.
В тот момент, когда он прижал ее к дереву и закинул ее ногу себе на бедро, картинка исчезла.
- Мы можем блокировать свой разум, - услышал он ее строгий голос. Теперь она говорила громко. - Это нужно для того, чтобы никто не проникал в мысли и не манипулировал ими. Попробуй заблокировать!
Филипп попробовал. И физически почувствовал, как она нащупывает его разум в поисках малейшего прохода. Но тщетно. Он был закрыт.
- Ты сейчас почувствовал, как я пыталась к тебе проникнуть? Ты должен знать это ощущение, запомни его! Держи свой разум всегда закрытым. И как только почувствуешь снова, знай, что рядом один из Просвещенных. Но будь осторожен - он вряд ли друг. Прошло время, когда Просвещённые держались вместе. И даже прошли времена, когда были два лагеря - Темных и Светлых. Сейчас каждый сам по себе, каждый за себя, и все - в поисках новой Силы. Вам крупно повезло, что вы вдвоем, - последние слова она сказала с тоской в голосе.
- Скажи-ка, Анна, - начал Филипп, - как понять: Светлые и Темные?
- Вы сами выберете свой путь. Кем вам быть. Вашу сущность определят ваши поступки. Нет правильного и неправильного. Нет ада и рая. Каждый сам выбирает и определяет для себя эти понятия. Каждый сам создает свою реальность и свой мир. Но все же советую вам остерегаться подобных нам, - продолжала она. - Всегда найдутся желающие завладеть вашей силой. Так что сами тоже не торопитесь проникать в чужие головы и активно использовать ее. Иначе вас могут обнаружить. И сжечь на костре, - ее смех был глухим и невеселым.
- Однажды мы видели мою тетушку Элизабет с отцом Филипа... Они совершали странный обряд, - неуверенно начала Кэтрин. Та сцена поразила ее в детстве и все эти годы она иногда вспоминала о ней, сгорая от любопытства, что же это было.