- А Владимир?
- Владимир, - недовольно закатил глаза Рафаэль. - Этот колдун оказался силен. Я хотел прибрать его к рукам, взять в свои «ангелы», но он - ровня нам, богам, и с ним нужно было что-то делать. Либо он вступает в наши ряды, либо он умирает, все очень просто. Но мест уже не осталось, смертница, и теперь мы все будем решать его судьбу.
- Решать судьбу?
- Либо один из нас захочет рискнуть сразиться с ним и в случае победы завладеет его энергией, либо мы убьем его и разделим поровну его Силу. Но тебе... тебе не видать места среди нас. Ты слишком молода и глупа. А это значит, что все, что ты только что узнала от меня, тебе знать ни к чему. И эти знания мне придется забрать назад.
Его глаза сверкнули страшным блеском. Кэтрин поежилась, видя как он, глядя на нее, медленно приближался.
- Я и не стремлюсь, Рафаэль. Когда он победит, я примкну к нему, я Его женщина. И он будет благодарен тебе за помощь мне. Союзники в нашем мире не помешают, верно? Но если он узнает, что ты убил меня, он будет недоволен и захочет забрать у тебя мои Силы назад. Если же он погибнет на совете, я клянусь, что вся моя Сила достанется тебе и только тебе одному. Я отдам тебе ее добровольно.
Рафаэль остановился на секунду, он раздумывал над ее словами.
- Ты очень сильна, и я хочу получить всю скопленную тобой энергию, тем более, что ее часть моя, ты украла ее у моих ведьмаков. Но я в выигрыше в любом случае, верно?
- Именно. Только помоги мне его найти.
Рафаэль мгновение смотрел на нее, все так же сузив глаза. Он взвешивал все За и Против, но жажда власти и ненасытность взяли верх.
- Ты же осознаешь, что я сделаю все, чтобы он проиграл? Мне в таком случае не выгодна его победа, ведь твои силы будут служить ему.
- Осознаю. Так пусть победит сильнейший.
Колдун усмехнулся.
- Он предстанет перед правителями всех Союзов через два месяца. Мы собираемся иногда, чтобы обсудить развитие мира. Каждый отвечает за свои государства. Там мы и решим его судьбу.
- Сколько вас?
- Девять.
- Вы связаны разумом?
- Только в те редкие моменты, когда собираемся на совет. Наши умы должны быть чисты, прежде чем решать судьбу мира. Намерения каждого должны быть понятны всем, иначе жажда власти и предательство в наших рядах погрузят мир в хаос.
- Где это будет проходить?
- У меня в гостях, - улыбнулся он во все зубы. - Лондон, смертница, Лондон. Он с недавних пор мой, и я обещал быть гостеприимным хозяином.
- Но почему Лондон?
- Такова единогласная воля, - пожал плечами он.
- Ты прибудешь туда за неделю и будешь держаться рядом со мной. Не проявляй особенно своих способностей, иначе станешь десертом для всех. Делить тебя с другими я не хочу, - он подошел к ней ближе и на последних словах понюхал ее кожу.
- Мой лакомый кусочек, - сказал он и лизнул ее щеку.
Кэтрин сдержалась, чтобы не сморщиться.
Рафаэль с кривой усмешкой развернулся от нее и прошел сквозь живой коридор придворных, которые склонили колени перед ним, словно перед божеством. Кэтрин подошла к бедному юноше, раненому виконту, и приложила к его шее руку. Он потерял много крови и уже почти умирал. Рана затянулась, и через мгновение румянец снова проступил на его щеках. В этот момент Рафаэль был уже у выхода бальной галереи. Он хлопнул в ладоши, и все присутствующие словно очнулись от гипноза. Пятна крови на одежде приняли за разлитое вино, и лакеи быстро вытерли пол.
Филипп подошел к Кэтрин. Они долго смотрели друг другу в глаза. Кэт открыла немного свои мысли и позволила ему заглянуть в свой разум, чтобы он увидел события ее жизни за последние годы, чтобы он понял и осознал все происходящее. Филипп молча принимал информацию, и ни один мускул на его лице не дрогнул. Когда поток мыслей закончился, он отвернулся и ушел прочь. Она смотрела ему вслед, не понимая этой реакции.
Дни тянулись мучительно долго. Кэтрин ощущала каждое мгновение всеми клеточками души. Минута казалась часом, а час - неделей. Порой она смотрела на стрелки часов, и ей казалось, что кто-то намеренно замедляет их ход.
Он жив! Это было самое главное. Только убедиться в этом. И пусть он прогонит ее, откажется. Но она могла продолжать жить в этом мире, зная, что он тоже существует. Ему грозила опасность, на которую он пошел ради них обоих. Разве могла она оставаться в стороне? Кэтрин была уверена, что он не одобрит ее ослушания, и гневу его не будет предела, но она должна была помочь ему, доказать, что она не слаба и достойна быть рядом с ним.
До отъезда осталось пережить всего одну ночь. Она не спала. Кэтрин сидела у окна и держала в руках украшение, которое он когда-то отдал ей - крупный черный алмаз на толстой золотой цепи. По легенде, это уродливое украшение когда-то принадлежало древней ведьме, первой Охотнице. Что ж, ее Силы понадобились бы ей.