Кэтрин знала, что была очень сильна. Она и в одиночку могла бы противостоять Рафаэлю или ему подобным, ведь когда-то Владимир наделил ее равной себе мощью, а после она завладела силой нескольких сильных магов. Но, несмотря на это, никак не могла разбудить свою Энергию полностью. Владимир когда-то сказал, что ей нужно время для этого.
«Люди тоже обладают энергией, но за всю жизнь им так и не удается ее пробудить и прочувствовать в себе. Но она есть. Многие Охотники, забирая силы, не могут использовать ее», - говорил он.
Как же ей не хватало его уроков. Он помог бы ей.
Кэтрин подошла к дорожному сундуку и в который раз проверила, все ли она упаковала. В дорогу она взяла очень мало одежды. Все ее шикарные туалеты и драгоценности останутся здесь, в Париже. За годы она привыкла легко расставаться с вещами, понимая, что пустое место легко заполняется новыми, более красивыми вещами. Но в этот раз это расставание далось ей нелегко. Великолепные наряды, сшитые лучшими портными по последней моде Парижа, заставляли трепетать ее женское сердце. Расставаться с Парижем было тяжело: поистине, это самый красивый город, который ей довелось когда-либо видеть. Залитый солнцем и благоухающий наступающей весной, тысячи фонтанов и самые прекрасные дворцы, красивые женщины и галантные мужчины. Самый великий и мудрый король, прославляющий красоту в любом ее проявлении.
Кэтрин не знала, что ждет ее впереди, но сердце подсказывало, что она уже не увидит Париж таким, каков он сейчас. Она не увидит больше Людовика. Король-Солнце останется в ее сердце навсегда. Король, которым не нужно было управлять, который вел свое государство в верном направлении и умел жить и веселиться, любить и страдать.
Она не избегала его последние месяцы перед отъездом. Кэтрин танцевала с ним на балах, позволяла целовать себя и говорить комплименты. Он был великолепен, и она глубоко уважала его. Но пришло время уезжать. Она с трудом добилась его разрешения удалиться в Дижон, свое поместье, чтобы решить кое-какие дела с хозяйством. Он отпустил ее лишь до лета, но она знала, что они больше не увидятся.
Кэтрин подошла к окну. Моросил мелкий дождик, и ручейки воды стекали с карниза. Она слышала, как всадник подъехал к ее дому, спрыгнул с лошади и зашел через потайную маленькую дверь. У человека был ключ, который ему когда-то дала она сама. Тяжелые шаги по лестнице, приближающиеся к ее спальне. Дверь немного скрипнула. На пороге стоял Филипп, широко расставив ноги. Он вошел внутрь и захлопнул дверь. С его плаща и широкополой шляпы с черными мокрыми перьями стекала вода, а от высоких сапог оставались следы грязи на ее коврах, но ему было плевать. Он снял шляпу и откинул ее прочь. Потом то же самое сделал и с плащом.
- Ты не собиралась прощаться? - грозно спросил он.
- Ты не желаешь меня знать, Филипп, я не смела, - мягко ответила она.
- Верно. Ты изменилась, но это все еще ты.
- Да, это все еще я.
- Ты сильно рискуешь, Кэт, ты не справишься одна. Ты понимаешь, что этот альбинос-колдун едва не убил тебя? Ты чуть не погибла. А там их будет девять! Ты ныряешь в самое пекло, и у тебя нет шансов.
- Я знаю, мой дорогой друг. Но там будет Он, пойми! Если он погибнет, погибну и я! Ты ведь все знаешь сам, - умоляющим тоном сказала она.
Да, Филипп знал. Он знал, что она принадлежала не ему, знал, что она не станет жить, если умрет Владимир. Он знал, ведь так же сильно сам любил ее и не смог бы жить, если бы она умерла.
- Ты поедешь со мной? - тихо спросила она, отводя в нерешительности взгляд.
- Нет. Я не поеду, Кэт.
Она понимающе кивнула, коря себя за то, что посмела задать ему такой эгоистичный вопрос. Ей причиняла боль его любовь. Когда-то она отчаянно мечтала о ней, но время распорядилось иначе, и теперь ей было безумно его жаль.
Он подошел к ней и убрал прядь волос с ее лица.
- Мы больше не увидимся, - шепотом сказал он. - Даже если тебе удастся выйти из этой авантюры живой, я не хочу видеть тебя с ним. Ты подарила мне моменты счастья. И, несмотря на то, что сердцем ты была не со мной, я буду жить этими мгновениями. И я останусь во Франции и буду лелеять их в своем сердце. Спасибо тебе, моя Кэти. Я люблю тебя, и я пришел проститься.
Он наклонился и поцеловал ее в губы. Поцелуй был мягким и нежным. Еще минуту он смотрел на нее, и она тонула в его синих глазах.
Кэтрин потянула его к себе. Она любила его, он всегда был в ее сердце. Ее детская любовь, ее Филипп, сын герцога. Надменный, галантный и безумно красивый. И сейчас он нуждался в ней, и она могла подарить ему еще крупицу любви, чтобы исчезнуть из его жизни навсегда.