- Отнюдь. Людишки сами могут позаботиться обо всем этом, если дать им больше знаний и возможностей. Пусть будут более самостоятельными и больше управляют сами. Это избавит колдунов от слишком глубокого погружения и внимания. Людей можно направить, и они сами будут служить общим целям. Они не так уж и глупы в общей массе, есть среди них и светлые умы, кто может направить толпу. Нас осталось немного, чтобы управлять всем миром.
- Дать людям право управлять собой? - взревел турок. - Да вы в своем уме?
- Почему нет? Их сознание примитивно, и ими легко управлять, так чего бояться таким, как вы?
- Власть в руках человека порождает хаос, - отрезал турок. - А за такие предательские речи единственный приговор - смерть.
- Прекратите, Амир, - ответил азиат. - Есть в этом что-то интересное. Владимир - один из сильнейших стратегов среди нас, я могу это признать. Все не раз видели его в деле. Он, как никто, может продумать цепочку событий, чтобы будущее было именно таким, как запланировано. То есть вы предлагаете уделить время обустройству городов, дать большой рывок науке и изобретениям, чтобы улучшить бытовую жизнь людей и расширять города?
- Именно, Шин, - кивнул Владимир. - Хватит этих войн на мечах и примитивных способов врачевания. В особенности Европа погрязла в грязи и отходах. Это скучно.
- Но какова ваша роль во всем этом? - хитро спросил Шин. - Новых земель больше нет, все территории поделены. То, что вы говорите, - крайне интересно, но Совет не прислушивается к отдельным советникам. Мы слушаем только друг друга.
- Вы чрезвычайно сильны, - продолжил африканец Нари, - именно поэтому вы здесь, за нашим столом, словно равный. Но пора сделать выбор, Владимир.
- Я не стремлюсь занять чье-то место. Я путешественник, мне чужды любовь и привязанность к одному месту. Я люблю экономику больше, чем чистую политику. Я изобретатель и жажду управлять научным прогрессом во всех областях. И свою роль я вижу в качестве кочевника. Я буду сеять науку и изобретения по миру, помогая тем самым вам в решении главных задач. Если вы цените мой ум, я готов делиться своим виденьем стратегического развития стран. Но я не хочу принадлежать ни к одному Союзу. Не хочу управлять ни одним государством. Я хочу сохранить свою свободу.
- Никто здесь не свободен! - грубо ответил турок по имени Амир. - Свобода - это слишком для таких, как мы! Эти революционные речи только вредят нашему Союзу, ибо могут привести к предательству. Сегодня свободен один, завтра захотят быть свободными все. А без объединенных намерений начнется Охота и делёжка, как много столетий назад.
Остальные участники активно закивали в знак согласия.
- Свобода, власть людей - звучит абсурдно, - прошелся шепот в совете.
Владимир же сидел с тем же уверенным и непроницаемым выражением лица.
- Все новое вечно пугало этот Мир, но только первые и смелые могли управлять им.
- Это ваше решение, Владимир? - спросил Шин. - Вы не хотите сразиться ни с одним из нас? Вы знаете наши правила - сильный, подобный вам, может выбрать территорию, которой хочет обладать, и сразиться с нынешним обладателем этой земли. И побеждает сильнейший.
- Я знаю, Шин, но нет такой земли, которой я пожелал бы другого правителя. Все вы достойны своей территории, ибо здесь сидят только сильнейшие и мудрейшие. Я же хочу путешествовать и думать лишь о том, что мне интересно. Не вразрез вам, разумеется, но во благо.
- Что ж, мы услышали ваше предложение, - властно ответил Амир. - Совет обсудит и вынесет свое решение.
- Завтра мы сообщим о нем, - добавил Нери. - Ну а сегодня вы можете просить об одолжении и подарке. Какова бы ни была ваша участь, сегодня вы наш гость, и мы готовы быть щедрыми.
- Благодарю, господа. Я подумаю.
- Ну а сейчас - развлечения, - заявил Рафаэль и хлопнул в ладоши. Тут же на середине собора появились танцоры, акробаты и циркачи. Заиграла громкая музыка, и они закружились в танце, давая представление всем присутствующим. За ними вышли дрессировщики с дикими зверями из африканских земель, потом укротители ядовитых змей, индейские барабанщики... Колдуны смотрели на все действие равнодушно - не было ничего такого, что могло их удивить. Хотя на каждом таком совете они могли видеть происходящее в разных уголках земли.
Кэтрин смотрела на них всех, пытаясь понять их настрой к Владимиру. Кто-то явно симпатизировал ему, но кто-то, как турок, открыто конфронтовал. Вдруг она поняла, что встретилась взглядом с Амиром. Он с любопытством смотрел на нее и приподнял бровь.
- А что умеет этот табор? - спросил он. Рафаэль обернулся и немного побледнел. Он не хотел обращать внимание на Кэтрин.