- О, благодарю вас, дядюшка Томас, - Кэт улыбнулась ему, и бедный купец растаял как масло на раскаленной сковородке. - Вы так добры к нам.
- Как же иначе. Вы ведь мои родственники, - он неуверенно произнес эти слова, словно обдумывая их значение. - Н-да, точно так.
Филипп повернулся к нему и, положив руки на его плечи, заглянул в глаза.
- Может, и драгоценности для прекрасной Кэт закажем?
- Да! Драгоценности для Кэт! - воскликнул Томас. - Срочно ювелиров ко мне!
Филипп обернулся и посмотрел на Кэт. Лукавые и самодовольные огоньки так и прыгали в его синих глазах. Ему чертовски все это нравилось. Томас выбежал из гостиной в поисках привратника, и Филипп воспользовался этим моментом, чтобы сказать Кэт:
- Мы поедем к королевскому двору и должны выглядеть подобающе. В поместье, сама знаешь, вернуться не можем, так как мы сами его и подожгли. У нас ничего нет. А этот купец нисколько не обеднеет от помощи своим родственникам. Так что улыбайся и наслаждайся моментом власти.
Даниэль лишь неодобрительно качал головой. Его немного пугали все эти события, в особенности поступки брата.
- Кэти, подружка, ты просто прелестна! - Даниэль был искренен. Он даже и подумать не мог, что его деревенская подружка может выглядеть, как настоящая леди.
На ней было надето зеленое, цвета весенней листвы, платье с золотой вышивкой и тончайшим кружевом. Красивые каштановые волосы аккуратно уложены в незамысловатую прическу, а на тонкой шее в несколько рядов блестела жемчужная нить.
Кэт сделала грациозный реверанс.
- Вы, сэр Стаффорд, тоже великолепно выглядите в вашем новом туалете.
- Что верно, то верно, - ответил он и жестом пригласил к столу.
- А где Томас? - спросила она.
- Он не будет с нами ужинать, - безразлично ответил Филипп, который уже сидел за столом. - Слишком устал и решить поужинать в своей комнате.
- Как? Но ведь он всегда ужинает здесь...
- Он так мне надоел своей болтовней о торговле, - шепотом, наклонившись в ее сторону, сказал старший герцог.
- О, Филипп, разве так можно, - хихикнула Кэти.
- Зато мы поужинаем втроем. Вы не против нашего общества, миссис Стаффорд?
- Ну что вы, ваше общество для меня драгоценно, - заговорщицки улыбнулась она.
После вкуснейшего ужина из куропаток, поросячьих ножек и нескольких видов паштета Кэтрин решила прогуляться по осеннему саду. Филипп предложил сою компанию, отправив Даниэля спать.
Вечера уже были холодными, и зима начинала вступать в свои права. Листвы на деревьях совсем не осталось, туман покрывал землю, а в воздухе пахло приближающимся снегом.
Они не спеша бродили по хозяйскому саду. Остановились у красивой резной беседки.
- Тебе холодно? - спросил Филипп.
- Немного, - Кэт поежилась.
- Плащом делиться не буду, - улыбнулся он, - поэтому иди сюда.
Он взял ее за руку и приблизил к себе. Распахнув полы плаща, он аккуратно, словно хрупкий предмет, повернул ее спиной к себе и обнял, укутав теплой тканью. Она спиной ощутила тепло его тела, услышала, как бьется его сердце, как вздымается грудь при дыхании.
- Так лучше? - прошептал он у ее уха.
- Гораздо, - ответила она, стараясь придать голосу спокойствие и уверенность.
- Ты такая красивая, Кэт, - продолжал он тем же томным и немного хриплым голосом, который так сводил ее с ума. - И как я раньше не замечал этого?
- Ты был занят другими девушками.
- О, они ничто в сравнении с тобой.
- Даже не сомневаюсь.
Он прижал ее еще крепче, и она чуть не задохнулась от волнения. Разумеется, она его любила. Всегда, с самого детства, с того момента, как помнит себя. Филипп всегда был ее самой огромной мечтой. В детстве она мечтала играть с ним, позже - мечтала говорить и держать его за руку. Сейчас она мечтала, чтобы он прижал ее еще крепче, коснуться его губ хотя бы раз...
Она ощущала его теплое дыхание на своей шее. Затем его губы коснулись затылка, виска и, наконец, шеи. Он прижимал ее к себе сильнее, руки скользнули по ее телу.
- Филипп, не глупи, - уверенно сказала она и оттолкнула его. Это далось ей очень непросто, но он не должен знать о ее чувствах. Кэт слишком хорошо знала его натуру. Он охотник. Ему важны только такие моменты. После он теряет интерес. Поддаться его страсти - значит потерять его навсегда. А им предстояло быть вместе вечность...
- Подружка моя, на минуту мне показалось, что ты не против моих ласк, - он выпустил ее из объятий и его голос снова стал насмешливым.
- Тебе показалось, дружок, - улыбнулась Кэтрин. - А теперь пойдем, я хочу спать.