Он умело закружил ее в танце. Рассказывал какие-то смешные истории, свежие сплетни. Она заразительно смеялась и великолепно танцевала. В этот вечер она была неотразима. Доказательством тому послужили очереди на танец с ней. Кавалеры восхищались ее красотой и остроумием. Она была новенькая при дворе, к тому же, - вдова французского маркиза. Она вызывала интерес у мужчин и зависть у женщин.
- Леди Кэтрин, - обратилась к ней королева в перерывах между танцами, - вы обещали рассказать нам что-нибудь о Франции. К сожалению, наш достопочтенный посол нас покинул... Но не будем о грустном...
- К вашим услугам, Ваше Величество, - присела в реверансе Кэт, - что именно вас интересует?
- Например, какие шутки при дворе? Чем тешутся французы?
В этот момент Кэт заметила в толпе Филиппа. Это был первый раз, когда она увидела его, не считая того, как он с гордо поднятой головой восседал на своем вороном жеребце во время процессии. На его лице отразилось плохо скрываемое беспокойство. Он пытался знаками показать ей, чтобы она пыталась выкрутиться. Но Кэт только усмехнулась.
- Если вы не против, Ваше Величество, я спою шуточную песенку. Она на французском, но в ней очень подробно изложены новости двора. Эта песенка сейчас очень популярна при дворе, и ее напевают почти во всех будуарах и салонах.
- Я знаю французский и с удовольствием послушаю, - оживилась Елизавета.
Кэт подошла к музыкантам, что-то шепнула им на ушко. Еще мгновение полюбовалась изумленным лицом Филиппа. И запела. Голосок у нее был звонкий и очень красивый. Она это знала и всегда любила петь деревенские мотивы. Но эту песню она «услышала» в голове у посла. В ней пелось о последних веяниях моды, о том, как придворные пытаются найти английское кружево и порой воруют его друг у друга, о том, как им не хватает развлечений, и о том, что Париж стал настолько грязным, что передвигаться по улицам можно либо в карете, либо в лодке. Что Париж - это новая Венеция.
Песня вызвала неподдельный восторг у Елизаветы. Она громко смеялась и хлопала в ладоши.
- Поистине, леди Кэтрин, вы просто прелесть! - сказала она, утерев краешком платочка слезы смеха. - Надеюсь, вы будете чаще нас так радовать.
Кэт поклонилась и сделала несколько шагов назад, чтобы присоединиться к зрителям. Как только заиграла музыка, несколько кавалеров ринулись к ней, но Филипп успел первым. Он бесцеремонно схватил ее и закружил в танце.
- Аккуратнее, брат мой, вы помнете мне платье, - засмеялась она.
- Ты не перестаешь меня удивлять, сестренка. Такой фурор на первом же балу!
- Беру пример со своего братца, - улыбнулась она ему.
- Брать с меня пример младшей сестре - не самое правильное дело. Я не отличаюсь хорошим поведением, знаешь ли. Хотя можем повеселиться вместе.
Последовало следующее танцевальное действие - обмен парами. Кэт улыбкой поприветствовала нового партнёра. Они прошли вдоль зала, сделали несколько па, и она снова оказалась в объятиях Филиппа.
- Французские песни на идеальном французском языке, - задумчиво продолжал он. - Это в деревне такому учат? Или в монастыре, в котором ты училась своим грациозным реверансам и обворожительному смеху? Хм... или это из головы месье достопочтимого посла, которого вынесли из церкви вперед ногами? - он говорил это тихо, но Кэт все равно оглянулась по сторонам, проверить, не слышат ли его.
- Это случайно вышло. Я не хотела.
- Но это вышло как нельзя кстати!
Она сделала поворот под его рукой, Филипп жестче, чем нужно было, потянул ее на себя так, что они чуть не столкнулись лбами. Он вдохнул аромат ее волос и прошептал:
- Брось, ты покраснела, не переживай. Ты знаешь, что я не из тех, кто будет читать тебе мораль. Даже наоборот, ты молодец. Такой ты мне больше нравишься, - усмехнулся он.
Снова обмен парами и снова она в его руках.
- Не люблю, когда нас отрывают, - недовольно замурлыкал Филипп ей на ушко, - Ох Кэти, Кэти, ты хоть понимаешь, какая красивая и интересная жизнь нас ждет? Мы с тобой можем все, что угодно! Весь мир у наших ног!
- Мы еще до конца не разобрались, что еще умеем и для чего вся эта Сила, - прошептала Кэт.
- Разберемся еще, у нас впереди вечность.
- Пока я не могу поверить в эти слова.
- Я тоже, если честно, но так сказала Элизабет. И Анна.
Воспоминание об Анне навеяло другое - Анна в объятьях Филиппа, слезы, ревность. Кэт мысленно встряхнула голову, чтобы прогнать горечь прошлого.
- Так они сказали. Я поверю в это лет через пять, когда наши ровесники начнут стареть, а у меня не будет ни морщинки, - усмехнулась Кэт.
- Не могу представить тебя старой. Ты должна быть вечно молодой и прекрасной, как сейчас. Ты великолепна, знаешь об этом?