Но в этот день она не танцевала. Кэтрин наблюдала со стороны за королевой. Она видела, как та смеется, принимая комплименты от своего друга детства Роберта Дадли. Ее огненно-рыжие волосы блестели на солнце, а на белоснежной коже появился румянец. На вид это была совершенно обычная жизнерадостная девушка. Но кто бы мог подумать, глядя на нее, что в ней таится такой сильный характер. За несколько месяцев своего правления она смогла добиться уважения от своих дворян. А кто и не уважал, так уж точно боялся. Она могла казнить, но и миловать. И вот сейчас она от всей души наслаждалась этим теплым летним днем на воздухе. О чем она думает? Как может чувствовать себя женщина, правящая Англией?
Кэт никак не могла избавиться от непреодолимого желания заглянуть ей в голову, прочесть мысли. Может, всего на секундочку? Никто ведь не заметит...
Только она подумала об этом, как уже не смогла сопротивляться своему желанию. Ее мысли уже пробивались сквозь ауру Елизаветы. Она уже слышала ее внутренний голос, слышала ее смех как бы изнутри. Она видела все окружающее, но уже ее глазами. Кэтрин поразилась тому, что «увидела». Это был страх. Самый настоящий страх молодой девушки перед всеми этими людьми. Она их боялась. Она боялась, что они увидят в ней этот страх и задавят ее. Она чувствовала себя безумно одинокой. Словно маленький ребенок в темном лесу. Она боялась всего - отравления, уличения в слабости, в глупости.
Но она также сильно любила Англию, любила своего покойного отца, короля Генриха VIII. Она знала, что это ее долг. Она хотела быть королевой. Хотела быть похожей на отца - великого монарха. И ей очень нужны были для этого друзья, близкие люди, которым она могла доверять. Одним из них был Роберт. Они выросли вместе, он был для нее другом. Тем единственным человеком, рядом с которым она могла проявить слабость. К тому же, он был красив и влюблен в нее. Но была ли она влюблена? Это сложно. Он был мужчиной - страстным, притягательным. Но имела ли она право любить его? Могла ли она любить вообще кого-то? Скорее, нет. Она не могла показать другим своего слабого места. Вся страна ждала от нее решения, за кого она выйдет замуж. Все ждали короля. Но она этого не хотела. Брак без чувств? Нет, это не по ней. Пусть она мыслит как простолюдинка, но подпускать к себе кого-то, кто захочет прибрать к рукам власть, - нет, она не позволит этого никому. Никто не может забрать у нее корону и любовь ее народа. Даже эта Дева, непонятно откуда взявшаяся самозванка, которой поклоняется половина Лондона.
На этом Кэтрин словно очнулась. Она «вынырнула» из мыслей королевы. Кэт была поражена тому, что узнала об этой хрупкой девушке. Ей стало по-настоящему жаль ее. Она поняла, что королева одинока. Она поняла, как ей тяжело. В конце концов, она всего лишь человек. Женщина, на плечах которой лежала огромная ответственность. И даже появление «Девы» ее беспокоило. Что ж, она придумает способ, как склонить королеву на сторону Девы.
- Дева это или нет, но люди выздоравливают, а город просто кишит от счастья, - говорил Александр. Они не спеша шли по саду ее дома.
- Вы верите в эту байку с Девой? - улыбнулась Кэт.
- Не знаю. Я не видел ее своими глазами и не был исцелен. Но одна мысль об этом вызывает во мне восторг.
- От чего же? - удивилась она.
- Ну как же, представляете, у народа появился новый идол. Бродяги чаще ходят в храмы и замаливают грехи. Они считают, что Дева посещает только тех, у кого меньше грехов. Исповедальни просто набиты народом!
Он смеялся задорно, громко, чем всегда веселил Кэт.
- Думаете, людям так нужен идол?
- Конечно!
- А как же бог?
- Бог где-то далеко. Для нищих и обездоленных он вообще словно недоступен. Они думают, что он забыл о них. И появление вот таких идолов как бы говорит о том, что это не так. А плохо это или хорошо, время покажет.
Кэтрин очень беспокоила мысль о том, что королева злится появлению Девы. Она не хотела нажить такого величественного врага в ее лице. Но и остановиться она не могла. Уж слишком велика была эйфория от сознания того, что можно вершить чудеса. От того, что она могла помогать людям, спасать жизни.
Поэтому она решилась на совершенно безумный шаг. При исцелении она внушала маленькую, ненавязчивую мысль в сознание человека - что появление Девы это благословение Свыше, которое пришло вместе с коронацией Елизаветы. Что ее приход одобрен небесами и поэтому Бог послал англичанам Святую помощь.