Обойдя парадный вход, Кэт вошла в небольшую дверь для слуг. Тетю в это время найти было несложно. Она накрывала на стол герцогу и его сыновьям. В большой обеденной зале во главе стола сидел герцог Стаффорд. Красивый мужчина лет пятидесяти пяти. Несмотря на свой возраст, а также мучавшие его боли в ногах, он сохранил стать и благородство. Элизабет ловко принимала принесенные лакеем блюда и ставила их на красиво сервированный стол. Жареный на вертеле поросенок, паштет из гусиной печени, ветчина, свежий хлеб, сыр, вино.
Тетушка Элизабет была служанкой в доме герцога. Он относился к ней и к Кэтрин с теплотой и любовью. Одиночество и бесконечные потери повлияли на герцога, и он стал добрее к окружающим его людям.
Жена его была очень доброй и безобидной женщиной, посвятившей себя их фамильному имению. Крестьяне обожали свою хозяйку за ее безграничную доброту и великодушие. Нередко она посещала их дома, чтобы справиться об урожае, приносила лекарства больным или дарила вышитые собственноручно пеленки роженицам. Главным своим предназначением она видела хозяйство и потомство. Но, к огромному несчастью, дети умирали прежде, чем успевали родиться. Выкидыши случались постоянно. А если и удавалось доносить ребенка, то он умирал в ближайшие три года. Она проводила по несколько дней в часовне на коленях за молитвами. И господь все же сжалился над ней и подарил сына, которому суждено было родиться не только крепким и здоровым, но еще и невероятно красивым малышом.
Вскоре мадам вновь забеременела и умерла при родах, оставив герцога с его пятилетним сыном и новорожденным. Но он состоял на службе у доживающего свои последние годы короля Генриха VIII. Дети при дворе - это большая обуза для мужчины, поэтому делать было нечего, и он отвез их в родовое поместье. Элизабет всегда заботилась о мальчиках, в эти годы заменив им родителей. Тем более, что ее сестра с мужем умерли от нападения разбойников, оставив ей маленькую Кэти.
А после, когда герцог вернулся, помогала ему вести хозяйство и следить за поместьем. Была самой верной и преданной слугой. Тесные узы связывали их, и никто не мог объяснить причину и дать определение им. Не дружба и не любовь. Нечто большее.
Проходя мимо обеденной залы, Кэт увидела и Филиппа. Он стоял, облокотившись о стул, безразлично барабаня кончиками пальцев о край стола. Вид у него, как всегда, был величественный и надменный.
-А, малютка Кэтрин! - воскликнул герцог.
- Ваше сиятельство, - Кэт сделала реверанс, как учила ее тетушка. Но деревянные туфли были такими неудобными и так сжимали пальцы, что она немного покачнулась, не удержав равновесие. На лице Филиппа появилась насмешка, и Кэт покраснела до корней волос.
- Твоя тетушка Элизабет сказала, что ты нездорова, - продолжал ничего не заметивший герцог.
- Мне уже лучше, спасибо, - ответила Кэт, краем глаза наблюдая за Филиппом.
- Ну, хорошо, хорошо. Тогда подай мне кувшин с вином.
Кэт послушно взяла хрустальный кувшин и наполнила бокал герцога. Жидкость багряного цвета заиграла в бокале.
Послышались быстрые шаги. Даниэль как вихрь влетел в комнату и забрался на стул.
- Что за манеры, брат? - недовольно спросил Филипп. - Растрёпанный, грязные руки. Дворянину не подобает так себя вести за столом.
Даниэль покраснел от стыда. Укор старшего брата был для него страшнее всего.
Кэтрин поймала на себе растерянный взгляд Даниэля и закатила глаза. Тот засмеялся и прикрыл рот рукой, чтобы смех не прорвался.
Филипп надменно отвернулся.
- Элизабет, какие новости у моих крестьян? - спросил герцог.
- Ваша светлость, - начала Элизабет, сделав два шага вперед, - крестьяне говорят, что урожай по осени будет еще богаче, чем в прошлом году. Строительство мельниц почти завершилось. А ваш почтенный слуга Лесли Уинтсли не отходит от жены. Скорее всего, роды начнутся с минуты на минуту. Если позволите, сегодня после ужина я направлюсь к ним, чтобы помочь роженице.
- Отличная новость! - воскликнул герцог. - Конечно, я тебя отпускаю. Я и сам бы пошел и поздравил Лесли, но ноги сегодня болят пуще прежнего. Пожалуй, останусь в замке и раньше лягу спать.
Поклонившись, Элизабет сделала шаг назад.
- Кстати, Филипп, - продолжал герцог, обращаясь к своему старшему сыну, - мне пришло письмо от лорда Стенли, моего верного друга при дворе Ее Величества. Он сообщил, что наша королева Мария нуждается в верных слугах. При дворе не хватает верных и смелых подданных. Я отправлю тебя ко двору, будешь пажом Ее Величества. Это хорошая возможность услужить и проявить себя. Не пропадать же тебе здесь, в деревне, со своим старым и немощным отцом. Ты уже взрослый мальчик, и тебе необходимо хорошее воспитание.