- Что? Что вы говорите... о чем он знает? - Кэт резко обернулась. В голосе появились истерические нотки.
- О вашей любви.
- Нет! Нет, он не знает!
- Знает, дорогая моя, знает.
- Нет! Я закрыта от него!
- Вы уверены, что никогда не открывались?
- Да, я уверена! Никогда! Я думаю об этом постоянно, - она сама удивилась своему откровению.
- Но разве вы никогда не болели? Не были при смерти? Истощены? Порой, когда вы без сознания, ваш разум может быть открыт. Вы еще молоды и не умеете контролировать его в такие моменты.
- Нет, такого не было, я не болею с тех пор как... Постойте...
Кэт вспомнила:
- Тогда, когда я почти вернула человека с того света, я потратила много энергии. Я чуть не умерла, впрочем, вы и сами знаете... вы были там... и он был рядом.
- Могу поспорить, что он попытался прочитать ваши мысли. Этот человек крайне любопытен, я уже это понял, - в его голосе была слышна нескрываемая насмешка.
Возникла тишина. Кэт пыталась осознать, вспомнить. Она даже не замечала, что смотрела Владимиру прямо в глаза. Он же не мешал ее ходу мысли, а наоборот, помогал все расставить на свои места, словно очищая ее сознание от былого внушения.
Она вспомнила те события и посмотрела на все с другой стороны. Кэт и сама долго размышляла, как она могла отдаться Филиппу. Ведь она поклялась сама себе, что сохранит свои чувства в тайне. Но он прочитал ее мысли. Он не только понял, что она любит его, но и... внушил ей, заставил поддаться.
Как только она об этом подумала, все встало на свои места. Она различила в своей голове его глаза и его внутренний голос, который приказывал ей повиноваться.
«Так вот, как работает внушение, - подумала она, - тебе просто кажется, что эта мысль возникает в голове, и это твое собственное решение!»
- О, боже! - прошептала она.
- Таков уж ваш «брат», - усмехнулся Владимир.
Кэт не хотела больше его слушать. Она хотела скорее убежать. Она бегом пересекла комнату. Лакей открыл перед ней дверь, низко поклонившись.
Но перед самым крыльцом она остановилась. Кэтрин вдруг поняла, что еще мгновение - и ей придется столкнуться лицом к лицу с Филиппом. Посмотреть ему в глаза, сесть в одну карету и отвечать на вопросы. Нет, она этого не хотела. Она замерла на месте. Закрыла на секунду глаза и глубоко вдохнула.
- Вы можете остаться, - прозвучал Голос позади. - Здесь вам бояться нечего. Вы не пленница и покинете дом, когда вам будет угодно.
Компания Владимира, самого Дьявола, сейчас была более желанна, нежели компания Филиппа. Она медленно повернулась.
- Отобедайте со мной, дорогая Катерина, - предложил он и протянул руку.
Хотела ли она уходить? Она не понимала. Этот человек все еще пугал ее, но он хранил столько секретов, постичь которые она в глубине души отчаянно желала.
Кэтрин нерешительно вложила свои холодные пальчики в его ладонь. Он немного сжал их и повел обратно в дом. И вдруг она почувствовала, как обида и боль уходят. Ей стало невероятно спокойно.
Владимир провел ее в обеденную залу. Стол уже был накрыт. Они сидели друг напротив друга, их разделял длинный стол. Кэтрин была рада этому расстоянию. Лакеи подавали блюда, доливали вино. Он неотрывно смотрел на нее.
- Вы почти не прикасаетесь к еде, - недовольно сказал он. - Ешьте, Кэтрин. Наших Сил достаточно много, чтобы обходиться без еды, но тогда они тратятся быстрее. Нужно брать все от человеческой жизни, чтобы не затрачивать наши нечеловеческие ресурсы.
В его голосе слышались повелительные нотки, и она не могла не подчиниться. Блюда сменяли друг друга, вино не заканчивалось в бокале благодаря услужливому лакею. Кэт чувствовала, как кружится голова, и невероятно хочется спать.
- Почему я вам интересна? - вдруг сказала она. - Вы не похожи на человека, способного увлечься женщиной.
Глаза его немного потемнели, и Кэтрин даже съежилась от мысли, что сказала лишнего. Но это было мимолетное виденье. Уже через мгновение взгляд его приобрел прежнее равнодушие.
- Отчасти вы правы. Я не люблю людей. Это совершенно глупые и неприятные создания. И я стараюсь избегать их и проводить с ними меньше времени. Но наблюдать за ними, играть с ними, управлять - весьма увлекательно. И, к тому же, одиночество не всегда приносит удовольствие.
- И почему же я достойна этой чести - заполнить ваше одиночество?
- Пока что недостойны, - улыбнулся он. - Пока что я только присматриваюсь к вам и не говорю о вечности.
Непонятно почему, но это заявление задело Кэт, словно укол ревности. Он не уверен, что она достойна? Он только присматривается?
Она смотрела, как он берет бокал, и как блестят перстни на его пальцах. Он подносит бокал к губам и делает глоток. Глаза смотрят на нее неотрывно. Глаза, полные огня красных оттенков. Этот огонь был словно живой, языки пламени двигались, кружились и исчезали в глубине зрачка.