Филипп смотрел ей вслед и не знал, что делать. Он думал, что сойдет с ума, когда она не появлялась. Она провела у посла весь день, и теперь это странное поведение...
Несколько дней она не выходила из своей комнаты. Как только она вышла из дома Владимира, она опять почувствовала боль предательства. Странно, но рядом с Владимиром она совершенно этого не ощущала.
Ей нужно было осознать все, что она узнала. Филипп предал ее. Он воспользовался положением и влез в ее голову, в душу, сердце. Он внушил ей... внушил, так же как и всем другим, которых он затаскивал в постель. Он воспользовался ее любовью по своему низкому усмотрению. Он не был ей другом, братом. Он относился к ней так же, как к другим. Только чуть лучше. Иногда в самых смелых фантазиях она думала, как он поступил бы, если бы узнал о ее чувствах. Ответил бы взаимностью? Иногда она даже представляла, как он удивится, а потом признается, что тоже любит... Как глупо! Он поступил совсем по-другому. Ему действительно не было дела. Это была возможность добиться того, чего он так хотел. А почему хотел? Потому что ему было любопытно. И все.
Несмотря на то, что это произошло 5 лет назад, ей казалось, что все произошло только вчера. Она помнила каждую секунду, каждое прикосновение, дыхание и запах. Все было живо и ярко в ее сознании. Эти 5 лет она только и жила, что воспоминаниями. В глубине души теплилась надежда, что он неравнодушен к ней и испытывает нечто большее, чем просто дружбу. А за сарказмом и шутками скрываются чувства.
Кэт физически ощущала, как черствеет. Это был удар, но она должна устоять и пережить. Она будет сильнее. Прочь наивность и доброту. А забыть? Нет, забыть не получится. Как тело моментально заживляло раны, так и память хранила каждое мгновение, словно оно произошло только что. Она помнила все в мельчайших подробностях. Память была беспощадна.
В эти дни при дворе проходила череда праздников. Уильям Шекспир, которого так жаловала королева, ставил череду спектаклей по своим новым произведениям. А после были танцы и угощения. Все придворные были там, наслаждаясь талантом молодого драматурга. Кэтрин прикинулась больной. Ее супругу не было дела. Наоборот, он даже был рад, что не придется скрываться от ее глаз и смело танцевать только с Дженнифер.
Филипп почти ежедневно приходил к Кэт с визитом, но она не принимала его. Однажды он даже попытался ворваться в ее покои, но Александр преградил ему путь, сказав, что она спит. Он не смотрел Филиппу в глаза, как советовала ему Кэт. Не нужно было, чтобы Филипп воспользовался внушением. Это подстегнуло ее поставить «защиту» Александру. Она не знала, что это возможно, но хорошо помнила тот момент, когда смогла его защитить от силы своей энергии. И у нее получилось. Это оказалось достаточно просто, только немного ослабило ее. Как и тогда, она увидела оболочку вокруг него, которая защищала этого человека.
Александр был единственным, кого она принимала. Она сама удивлялась, что была откровенна с ним. Кэт все рассказала ему. И о встрече с Владимиром, и о гнусном поступке Филиппа. Он не говорил ничего, что могло бы обвинить Филиппа или, наоборот, оправдать. Он просто поддерживал ее и пытался отвлечь. Например, конными прогулками. Они выезжали в лес и скакали по чаще, кормили уток. Он показывал ей маленькие норки животных, и они поджидали, пока из них выскочит лисица.
- Вы человек природы, друг мой, - смеялась она. - Что вы делаете в городе?
- Зарабатываю на жизнь, - пожал плечами он. - Потом куплю небольшую ферму и заведу хозяйство.
Кэтрин смотрела на него и поражалась. Это был человек с хорошими манерами, почти дворянин. Достаточно красив и умен. И он был добр к ней. Ей же было спокойно рядом с ним.
Я хочу знать больше о себе, о нас подобных. О Силе и о смысле. Расскажите мне.
Кэтрин сидела в той же гостиной, в доме, который арендовал Владимир. Она пришла к нему ранним утром за ответами. Она пришла, ведомая любопытством. Теперь ей уже не было страшно, она не боялась этого человека. Кэтрин знала, чего от него ждать, и это знание придавало ей уверенности. Гораздо страшнее неизвестность, но он был с ней честен.
- Что конкретно ты хочешь знать? Моя история может отличаться от историй других, так как у каждого свое виденье о предназначении и смысле. Я не хочу, чтобы ты «видела» все моими глазами. Ты должна увидеть все сама.
Голос... пока он говорил ей это, в голове промелькнула мысль, что все эти дни она хотела услышать его. Это странно, но она ощутила себя лучше. Не было боли, которая преследовала ее эти дни. Даже дружеская поддержка Александра не могла отвлечь ее от интимных переживаний. И вот - она всего минуту здесь и чувствует себя прекрасно, как и в те моменты, когда он являлся ей во снах и успокаивал ее сердце.